Мир Тьмы: через тернии - к звёздам!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мир Тьмы: через тернии - к звёздам! » Феи » Киты. Слуаги (Sluagh)


Киты. Слуаги (Sluagh)

Сообщений 1 страница 30 из 48

1

поперто отсюда

2

Именуемые многими фэйри «подземным народом», слуаги часто становятся изгнанниками и чужаками даже среди фей. Хотя ходят слухи о подземных катакомбах и напоминающих лабиринты пещерах, большая часть слуагов предпочитает промозглым подземельям ветхие викторианские особняки. Их привлекают темные и забытые всеми места. Те, кто вторгаются в их тайные убежища, часто покидают их с кошмарами. Подобно тому, как они ценят тайны и загадки, слуаги так же очень бережливо относятся к своему уединению и прикладывают огромные усилия, чтобы обзавестись соответствующей репутацией и отвадить гостей.
В легендах говорится, что эти Китэйны некогда были русскими феями, которые жили под горами или очагами смертных. Теперь они переселились в глубинах земли, показываясь оттуда только изредка, и навещая то дворы фей, то города смертных. Независимо от того, живут ли они в особняках или погребах, слуаги неприятно вежливы и испытывают огромную любовь к всевозможным формальностям. Это заставляет другие киты нервничать еще сильнее; богганы активно распространяют слухи о тайных ритуалах слуагов, которые приносят жертвы и устраивают дикие оргии под землей. Слуаги наслаждаются впечатлением, которые они производят на чужаков, и их забавляет репутация, которую они себе заработали. Даже красные шапки страшатся их липкого прикосновения.
Несмотря на их любовь к покою, слуаги, склонные к авантюризму, иногда навещают наземные владения фей, завязывают дружеские отношения, и даже вступают в клятвенные круги чужаков. Они даже могут помочь чужаку или защитить его в том случае, если он доказал им свое уважение и дружбу. Эти добрые поступки часто неправильно истолковываются другими подменышами, и потому подобные отношения обычно являются весьма недолговечными. Тем не менее, даже тот слуаг, нашедший клику, которой он может доверять, обязательно обзаведется тайным местом, в котором сможет уединиться.
Подземный народ собирает информацию (а лучше, всевозможные секреты) и продает свои знания заинтересованным лицам. Откровение — это всегда радость; чем тревожнее это откровение, тем сильнее радость. Если Благие используют свои знания для более благородных целей, то Неблагие могут неплохо жить на шантаже. Тем не менее, секреты — это не единственное, что представляет для них ценность. Сломанные игрушки, странные безделушки, и все остальные, что вызывает ностальгию, будет отличным предметом для обмена. Чужаков всегда поражал интерес, который питают к подобным вещам слуаги, но не следует забывать, что извращенность — визитная карточка слуагов.
Хотя говорят, что все слуаги идут Неблагим путем, они редко избирают какой-либо Двор, предпочитая оставаться себе на уме. В отношении своих сородичей, слуаги весьма щедры и почти болезненно официальны. Они относятся друг к другу с огромным уважением, и при необходимости всегда готовы объединиться против чужаков. Окутанные тайной, слуаги больше всего на свете ценят тайны своего кита, что они и доказывают всеми своими действиями. Во тьме они процветают.

3

Внешний вид: Слуаги выглядят бладными и гротескными, хотя и странно неотразимыми. Какое-то непостижимое уродство липнет к ним, словно проказа. У них не хватает зубов, и у них маленькие, усталые и загадочные глаза. Их окружает смутный запах разложения, который с годами становится более резким. Слуаги предпочитают старые костюмы, обычно черного цвета и всегда замысловатые.

Образ Жизни: Самые цивилизованные слуаги живут в пыльных особняках, антикварных магазинах и старых библиотеках. Самые ветхие представители этого племени предпочитают подземелья, скрываясь в коллекторах, погребах и забытых подземельях, раскинувшихся под метрополисами. Они пугливы, хотя и ревниво относятся к своей территории, требуя строгого соблюдения многочисленных норм этикета, которые другие феи чаще всего не понимают. Будучи от природы отшельниками и затворниками, они не любят, чтобы кто-то беспокоил их без должной причины. У них всегда есть укромные места, где они могут уединиться, даже если они живут в таборах.
• Дети — уличные бродяги, которые мало заботятся о своей внешности. У них рваная одежда, спутанные волосы и они вызывают у людей сочувствие своим жалостливым видом. Им нравится все, что вызывает отвращение у человеческих детей, и они питают особую привязанность к укромным местам.
• Юноши — хранителями потайных уголков мира. По мере взросления, их кожа становится все бледнее и бледнее, а их волосы чернеют. У них темные, глубокие глаза и длинные конечности и пальцы.
• Старцы очень быстро стареют. Их кожа висит на них так, если бы она внезапно стала для них слишком большой, их волосы седеют с тревожной скоростью, а их тела становятся сгорбленными и искривленными. Как ни странно, но это нравится им. Слуаги восхищаются разложением во всех его формах, и эта ничем не хуже других.

Предрасположенность: Поддержка.

4

Слушайте внимательно, и вы сможете узнать одну или две вещи у Эльспет Денверс, Собирательницы Древностей.

Богганы — Какое честолюбие! Пресмыкаться, подслушивать и сплетничать!

Эшу — Их истории являются их тайнами, живыми, теплыми секретами, которые так непохожи на холодные знания, которые мы выкапываем из могил. Слушайте внимательно, когда они говорят с вами.

Нокеры
— Как они замечательно неуверены, которые постоянно ища похвалы. Лучшее, на что они могут рассчитывать, это на еще одну профанацию.

Паки — С ними хорошо смеяться, несмотря на то, что они живут в мире лжи.

Красные Шапки — Этим бульдогам знакомо только бешенство, но не страх. Мне известно такое, что заставило бы их содрогнуться.

Сатиры
— Они верят, что знания скрываются только в радости и страсти. Им незнакома мудрость печали и безмолвия.

Ши — И они не без греха, могущественнейшие из нас. Если бы вы знали, что мне известно о них…

Тролли — Такие стойкие и отважные… что скрывается в ваших сердцах? Какую боль вы храните?

5

Право Рождения
• Гибкость — Перемещение частей тела является весьма распространенным развлечением среди этих иссушенных существ. Связать их практически невозможно. Хотя они не могут изменять свой облик или массу, обитатели подземелий могут с невообразимой легкостью принимать самые сложные позы. Для этого им требуется несколько минут развлечения. Единственный материал, который может сдержать их, разумеется, холодное железо.
Слуаг не может использовать это Право Рождения в присутствии смертных или незачарованных.
• Обостренные Чувства — Необычное воспитание этих фей очень хорошо развивает обостренные чувства.
Это Право Рождения действует всегда.
Слуаг не может провалить бросок Бдительности или Маскировки.

Слабость
• Проклятье Молчания — Слуаги могут говорить только шепотом, независимо от того, какие усилия они прикладывают, чтобы быть услышанными. Поскольку они не любят социальных ситуаций и придерживаются довольно необычных правил этикета, прибавляйте два к сложности любых Социальных бросков слуагов.
Хотя в случае со смертными слуагу необязательно шептать, они все равно говорят очень и очень тихо.

Цитата: Зачем вы пришли на мой чердак и тревожите мой покой? Вы ищете здесь что-то древнее? Будьте осторожнее, чтобы не открыть то, что уже не сможете закрыть…

6

Волшебная Сказка: Самый Непослушный Мальчик в Мире…или Как Слуаги Начали Говорить Шепотом

Всем известно о существовании слуагов. Это тени, скользящие в темноте, шепот, раздающийся в ночи, липкие руки, тянущиеся к вашему потному челу всякий раз, когда вам снятся кошмары. Именно им назначено судьбой выползать из теней и проникать в дома обманщиков и фантазеров, сладкоежек и воришек печенья, забияк и любителей дергать других детей за волосы.
Они заползают в открытые окна, пролезают под наполовину открытыми дверями и протискиваются через дымоходы, когда неосторожные родители гасят в них спасительный для их детей огонь. Затем, тише и холоднее тающего снега, они прокрадываются в комнаты, где спят плохие дети и видят свои беспокойные сны. Быстрее раскрытой тайны, слуаги все так же стремительно и тихо сдергивают с них одеяла и поднимают спящих детей. Передвигаясь на самых кончиках своих тонких, паучьих пальцев, они уносят спящих лжецов и выдумщиков, нытиков и брюзг, плакс и задир в холодную, холодную ночь, и когда они оказываются далеко-далеко от их домов и случайных взрослых, которые могли бы услышать их крики, приходит время пугания.
О, да пугание. Понимаете ли, слуагов не слишком-то интересовало банальное устрашение маленьких мальчиков и девочек - во всяком случае, в те далекие дни. Нет, на самом деле, все было совсем не так. Они хотели пугать заносчивых и жестоких детей - пугать их для, чтобы они стали добрыми. Они хотели, чтобы в волосах этих детей появились седые пряди, которые они бы пронесли через всю жизнь. Они привязывали детей к ветвям деревьев с помощью веревок, сделанных из человеческих волос, а затем пускали пауков, которые плели свою паутину прямо у них на глазах, заставляли отвратительных маленьких личинок забираться им в уши и носы и ползать по их губам, а так же оживляли тени, которые танцевали и сжимались вокруг них до тех пор, пока даже самые бессердечные дети не начинали с плачем звать своих бедных и несправедливо обиженных матерей. Но главным было то, что слуаги могли кричать, стонать и тараторить что-то бессвязное, и одного звука их ужасающих голосов обычно хватало для того, чтобы непослушный мальчишка сразу же переставал спорить со своей матерью. От Черного Моря до Острова Скай не было ребенка, которого слуаги не могли бы заставить стать послушным - независимо от того, добивались ли они этого с помощью страха, обмана или собственного проворства.

Свернутый текст

И так продолжалось много, много лет. Между родителями и слуагами даже существовало нечто вроде договоренности, о которой никто никогда не говорил, но, при этом, знали все. О, да, конечно же, как отцы, так и матери могли изо дня в день клясться, что за их детьми никогда не придут слуаги, и что их сыновьям и дочерям никогда не понадобится запугивание для того, чтобы вести себя должным образом. Но, поздно ночью, после того, как количество разбитых тарелок или степень непослушания переходили некую невидимую черту, они иногда все же принимали это решение. После того, как догорали свечи, отец выставлял буханку хлеба (испеченного из заплесневевшего зерна, насекомых и мелких камешков) и плошку прокисшего молока, которые указывали слуагам на то, что под этой крышей им будут рады - по крайней мере, этой ночью.
Тем не менее, в один из дней в этот мир пришел самый непослушный мальчик, который когда-либо жил на свете. Когда он родился, то даже вороны покинули карнизы домов того селения, в котором ему предстояло жить, а король крыс приказал своим подданным держаться от него как можно дальше, чтобы ему ни при каких обстоятельствах не удалось дотянуться до их хвостов. Даже самые неприглядные страхи, которые только можно было себе вообразить, не могли сравниться с реальными поступками маленького мальчика, которого звали Михаил.
Еще с самого детства он отказывался есть то, что ему предлагали, а затем кричал от голода, подобно баньши. Он выдергивал шерсть у кошек, выкалывал глаза собакам и с радостным смехом переворачивал свечи, когда думал, что его никто не видит. Когда он повзрослел, то начал ловить бабочек и отрывать у них крылышки, которые, затем, он бросал на подушку своей матери, надеясь, что подобное надругательство над красотой вызовет у нее слезы. Когда верный кот, который усердно ловил мышей на протяжении десятка лет, был насильно затянут лапами в камин, именно Михаил смеялся от запаха сгоревшей шерсти. Именно Михаил разбивал горшки, портил еду и издевался над слугами, и так продолжалось до тех пор, пока его отец понял, что больше не может терпеть.
"Сегодня я позову слуагов", - сказал он своей жене в ту ночь, спустя всего несколько минут после того, как Михаил устроился в кровати и погрузился в свои отвратительные грезы.
"Но, милый мой, он всего лишь ребенок", - ответила мать Михаила. "Дай ему еще немного времени, и он перерастет все это".
Отец Михаила вздохнул и согласился с ней.
На следующий день Михаил погасил огонь в очаге, забросил собаку в загон для скотины и побросал все гвозди, которые были дома, в колодец.
"Сегодня ночью я все же позову слуагов", - произнес отец Михаила вечером этого же дня. "Я не верю, что он когда-либо исправится по своей воле". И мать Михаила только кивнула и стала замешивать хлеб для слуагов.
Очень скоро все окрестные слуаги уже знали о Михаиле. Подобно тому, как рыцари передавали друг другу истории о легендарных драконах и обсуждали то, как можно сокрушить этих ужасных существ, слуаги в тот день торжественно пили свой Высокий Чай и обменивались историями о худших детях, которые когда-либо жили на свете.
"Ему больше всего подойдут пауки в глаза и сосульки в уши", сказал Алексей Тринадцатипалый, один из величайших мастеров запугивания детей, которые когда-либо появлялись на свет среди слуагов.
"Нет, нет, нет, Алексей - мальчишка просто охрипнет от криков, если на него обрушится водопад отвратительных ползающих личинок, а зыбучая топь начнет засасывать его ноги", - перебил его Овайн аэп Гвин, которого часто называли самым яростным из всех устрашителей-слуагов.
"Я не согласна с вами обоими", - произнес третий голос. "Михаил - это действительно самый гадкий ребенок, который когда-либо жил на свете, и потому ни один из тех дешевых трюков, которые мы обычно используем, не сможет сломить его. Я боюсь", - и с этими словами Ангежка Серозубая скорбно покачала головой - "что прежде, чем мы сможем сломить Михаила, сломленными окажутся некоторые из нас". В ее словах ощущался оттенок пророчества, и сила Предсказания пронеслась по комнате, подобно ночному туману или коту. Многие из слуагов вздрогнули и одним глотком допили остававшийся в их кружках чай.
Вскоре над деревенскими крышами поднялась луна, а дым, понимающийся из труб коттеджей, устремился в ночное небо подобно молитвам смертных. Мать Михаила положила буханку хлеба, которую она испекла своими собственными руками - поспешно смочив его водой, чтобы сделать хлеб помягче для зубов слуагов - на землю. Отец Михаила устроил плошку - конечно же, треснувшую, как и все, к чему прикасался Михаил - с прокисшим молоком возле хлеба. Вместе они прочли молитву, умоляя смилостивиться над их душами, а затем поспешно вернулись в свой коттедж.
Я не знаю, услышал ли кто-то эту молитву, помимо слуагов, но она уж точно не прошла мимо их ушей. Большими группами, по десять и двадцать Китэйнов, сходились они туда для того, чтобы отломить немного хлеба и отпить молока. Только тогда, когда последняя крошка была съедена, и последняя капля молока упала на жадные языки, слуаги начали проникать в дом, спускаясь по каминной трубе и пробираясь через окно, которое Михаил разбил две недели тому назад.
Михаил слышал шорох, с которым слуаги приближались к нему. Он видел поток теней, проникающих через окно, слышал пауков, плетущих сети, которым предстояло стать веревками для него. И, в последний миг, когда слуаги уже готовились наброситься на мальчика для того, чтобы утащить его в глухой лес - навстречу жадным рукам тех, кто сделал пугание детей смыслом своей жизни, он сделал то, чего не делал еще ни один ребенок, которого когда-либо похищали слуаги.
Он рассмеялся.
Обеспокоенные слуаги вытащили его из дома. Когда едва слышное шуршание ног слуагов стихло, отец и мать Михаила посмотрели друг на друга, затем задули свою последнюю свечу и улыбнулись.
Когда Михаил очнулся, он понял, что лежит на полу старой мельницы, связанный по рукам и ногам. Веревки, сделанные из паутины и человеческих волос, были продеты в дырки от сучков, оставшиеся в досках, и крепко-накрепко удерживали его на гниющем деревянном полу. Вокруг него теснились корчащиеся и изгибающиеся тени. Множество слуагов собралось посмотреть на то, как будет сломлена их величайшая добыча.
И так, под льющимися через прогнившую крышу лучами полной луны, которая в ту ночь была особенно большой и круглой, величайшие пугатели и мастера детских страхов из рода слуагов собрались вокруг мальчика, которого звали Михаилом. Они облачились в свои плащи из живых сороконожек, натянули перчатки, сделанные из живых тарантулов, медленно извивающихся слизняков и обрывков старой ваты, а затем подступили к Михаилу.
Мальчик посмотрел на них и рассмеялся.
Расстроенный Алексей схватил тень Михаила и подчинил ее своей воле, сделав из нее некое подобие ужасной марионетки. Исполинский теневой богомол навис над Михаилом, воздев к ночному небу бритвеyно-острые когти черноты.
Михаил улыбнулся.
Разгневанный Овайн обратился к ветрам и призвал ужасающую бурю, повелев молниям пуститься в ужасающий танец вокруг мальчика. Электрические разряды лизали уши Михаила и сжигали его волосы, и огни Святого Эльма, принявшие обличье давно умерших людей, плясали у него перед глазами.
Михаил презрительно сплюнул.
Постепенно, гул толпы стал становиться громче. Крики и стенания, ворчание и недовольные возгласы собравшихся слуагов становились все громче и громче, пока эти звуки не слились воедино и не затмили свет луны облаком летучих мышей. Эти летучие мыши полетели к тому городу, где жили родители Михаила и, вскоре, уже бились в окна своими крыльями и оглашали окрестности пронзительным писком.
Тем временем, величайшие из слуагов использовали свои излюбленные приемы и хитрости, способные заставить поседеть самых гадких детей, с которыми они сталкивались в ходе своей жизни. Они призвали гигантские ступни, которые заставили содрогнуться саму землю, и отвратительных тварей, которые прикасались своими раздвоенными языками к ногам Михаила. Но мальчик лишь начал выкрикивать ругательства, демонстрируя свое презрение к собравшимся слуагам. Он делал это потому, что знал величайшую тайну слуагов: Они не могли навредить ни одному ребенку, которого они забирали с собой. Это был священный уговор, заключенный (или, во всяком случае, так слышал Михаил) с ангелами воздуха, и если бы слуаги хоть раз нарушили его, то ангелы обрушили бы на них ужасную кару. И потому, он спокойно смеялся и оскорблял слуагов, ибо знал, что все их трюки были обычным притворством, импровизированным представлением из разряда Панча и Джуди, где сам он был единственным зрителем.
Тем временем, голоса слуагов стали звучать еще громче и страшнее. Мать Михаила, задрожавшая под своими одеялами, когда ужасающие звуки наполнили деревню, поклялась, что это Божья кара за то, что она сделала со своим несчастным Михаилом. Отец Михаила попытался выйти из дверей дома с факелом для того, чтобы отогнать летучих мышей, но они впились в его тело своими когтями, а затем подняли в воздух и унесли, и с тех пор никто и никогда больше не видел. В конце концов, слуаги не могли вредить только детям, не так ли?
Но, в то время, как облако криков и крылатых созданий клубилось в небе, Михаил оценивал прочность удерживающих его веревок и силу воли его пленителей. Он знал, что уже очень скоро их жалкие попытки запугать его подойдут к концу и тогда, как решил Михаил, начнется его собственное представление. Во всяком случае, он думал так до тех пор, пока вперед не выступила Агнежка, сжимающая в руке каменный кинжал. В глазах ее не было жалости, а крепко сжатые губы убивали даже мысли о милосердии.  Ее черные лохмотья развевались вокруг нее, подобно тому, как погребальный саван утопленной женщины продолжает колыхаться в глубинах ее водяной могилы.
Впервые за все это время Михаил испытал страх.
Агнежка занесла свой кинжал.
"Клятва!" крикнул Алексей.
"Теперь она не имеет смысла, ибо если этот мальчик расскажет о нашей тайне, то все наше существование пойдет прахом", –  ответила Агнежка.
"Слова, которые мы произнесли перед ликом других!" –  вскричал Овайн.
"Ты видишь здесь кого-то из их числа?" спросила Агнежка.
Нож Агнежки одним стремительным и ужасающим движением рухнул вниз.
Михаил закричал…
И нож остановился, причем острие его застыло над впадинкой на горле кричащего мальчика. Но Агнежка слишком хорошо наточила свой нож, и потому одна-единственная капля крови все же пролилась из вены Михаила.
В этот миг раздался оглушительный удар, как если бы зазвучал колокол, скрывавшийся в глубинах моря на протяжении многих веков. И разбросанные по всему свету рыцари Туата де Данаан осознали, что клятва, которая была некогда принесена им, оказалась нарушена. Они вскочили в седла своих скакунов и, подобно ветру, помчались туда для того, чтобы покарать клятвопреступников. Они неслись по небу, подобно ангельскому воинству, или, во всяком случае, так рассказывали горожане, души которых сохранили в себе достаточную способность мечтать для того, чтобы увидеть их. Поднявшись над крышами домов и затмевая своим сиянием лунный свет, рыцари Туата де Даннан помчались на своих крылатых скакунах к клубящемуся облаку голосов слуагов и сокрушили его. И с каждой летучей мышью, которая падала на землю, разрубленная серебристым клинком, еще один слуаг погружался в безмолвие. Крики сменялись шепотом, как в случае с Ши, которым, наконец-то, удалось настичь свою жертву.
И, наконец, в воздухе над мельницей не осталось ни одного голоса слуага. Последний, принадлежащий старой Агнежке, попытался бежать, но был сражен черной стрелой с серебряным наконечником. И, затем, Туата направились к собравшимся внизу слуагам, но тот, кто возглавлял их, поднял руку, закованную в серебряную перчатку. "Клятва была нарушена!", крикнул он. "Я объявляю цену предательства, которую вам придется уплатить". Его голос прозвучал подобно боевой трубе среди сгрудившихся в страхе и гневе слуагов, тонкие клинки и ужасные призрачные слуги которых были готовы к сражению. И, в тот самый миг, когда рыцари развернулись для того, чтобы вернуться домой, слуаги издали крик гнева и ненависти...но, из их глоток вырвался лишь едва слышный шепот. Ошеломленные, они попытались крикнуть еще раз. Но и в этот раз в тишине раздалось лишь что-то отдаленно напоминающее звук.
На мгновение на мельнице повисла тишина, а, затем, все собравшиеся слуаги посмотрели на Михаила. Именно из-за него они утратили свои голоса, из-за его проклятой гордыни и бессердечности. Их клятва была нарушена, и теперь никто не смог бы запретить им отомстить ему за все Одна-единственная капля крови до сих пор алела у него на горле, а в глазах у мальчика застыл страх. А его волосы?
Они были белыми, как снег.
И, вновь, Агнежка подняла свой нож. Она вновь опустила его, но лишь для того, чтобы разрезать веревки, удерживающие Михаила. 
"Беги домой, мальчишка" прошипела она. "Беги так, если бы за тобой гнались все демоны преисподней и молись, чтобы мы никогда больше не пришли за тобой". Ее голос напоминал шелест ветра среди засохших трав или шорох ветвей плакучей ивы.
Михаил поднялся на ноги и бросился бежать. За его спиной, остатки голосов слуагов слились в скорбной песне, звуки которой напоминали ветер, несущий песок среди древних каменных руин. Стоящий на переправе возле мельничного пруда, что ниже мельницы, человек, который стирал свои вещи, услышал эту песню и присоединился к ней, и так летела она до тех пор, пока голоса каждого простолюдина и лесного зверя не слились с песней скорби о том, что утратили слуаги. Ибо теперь ее должны были петь все остальные, так как песни для слуагов были утрачены навсегда.
Что же до Михаила, то на рассвете он оказался у дверей дома своей матери. Покрытый синяками и окровавленный, со снежно-белыми волосами, он бросился к ней на шею в тот самый миг, когда она открыла дверь. И, с тех самых пор, он стал идеальным ребенком.
Он должен был стать им. В конце концов, слуаги продолжали наблюдать.

7

Достойная Истории Ночь

С тех пор, как слуаги стали называть себя слуагами, они скрывались в тенях и странствовали по дорогам мертвых. Это в такой же степени является частью того, чем они являются, как и того, кем они стали. Слуаги и смерть, слуаги и страх, слуаги и боль - все это сплелось в один неразрывный узел долгих лет и мрака.
В силу этого, историю этого кита невозможно рассказывать так, чтобы она, в той или иной степени, не напоминала некролог.
Ни один другой кит не интересуется своим происхождением настолько активно и неустанно, как это делают слуаги. Если Ши исследуют свои генеалогические древа в поисках свидетельств еще более благородного и давнего происхождения, а тролли успокаивают себя знанием о том, что некогда они были королями, то слуаги постоянно исследуют свое коллективное прошлое в поисках истины. Некоторые говорят, будто бы они пытаются определить то место и то время, когда первый слуаг поднял голову к звездному небу России и произнес "Я есть". Это связано с тем, что слуаги никогда не лгут сами себе о том, чем они являются, или откуда они пришли. У них нет ласкающих слух легенд или сказаний о славе и подвигах, совершенных ползающим народом, и сладостных пророчеств, указывающих на грядущие победы. Вместо этого, слуаги пытаются узнать, что же было на самом деле, и какие влияние прошлое будет оказывать на будущее. Хотя они могут использовать иллюзии для того, чтобы запутывать других обитателей этого мира, слуаги практически не могут позволить их самим себе.

8

Изначальные Дни

Слуаги были порождениями страха и с этим соглашаются практически все представители этого кита. Каждый раз, когда древняя старуха давала имя потрескиванию половиц или скрипу точильного камня, на свет появлялся еще один слуаг. В первозданных лесах Восточной Европы, оживали тени и звуки леса, которые получали имена, и, обретая жизнь, они уже знали, ради чего появились на свет.
Они были ужасами в ночи и это все, что им было известно. Рожденные из звуков и образов, которые воплощали в себе страх, вызванный тревогой и беспокойством, они инстинктивно понимали, что они должны и дальше пробуждать те же чувства. Царапающиеся в окна существа продолжали оставаться незаметными и неуловимыми; в свою очередь, порождения странных звуков, которые появлялись с наступлением темноты, продолжали нарушать безмятежность и тишину. В результате этого, количество слуагов быстро росло, так как чем больше звуков производили ползуны, тем больше новых имен они получали, и тем больше этих странных существ пробуждалось из теней и шепотов. В определенной степени это был Золотой Век слуагов, ибо по мере того, как истории о них становились все более сложными, они сами становились все более и более многогранными. Их разумы обретали ясность, мысли - остроту, а коварные планы - глубину. Сказания повествовали об их слугах, и существа, подобные водяным, появлялись на свет для того, чтобы занять уготованное им место.
Но, при всем при этом, слуаги не могли найти ответа на один-единственный вопрос и это неустанно глодало их. Почему они должны были внушать страх ночь за ночью? Почему они получали большее удовольствие от криков и стонов, чем от  безмятежных улыбок? Почему им больше нравилось лазать под половицами, а не создавать удивительные произведения искусства или заниматься чем-то менее странным и постыдным?

9

Слуги слуагов

В рассказах пожилых женщин всегда находилось место для множества существ, призванных запугивать детей, гарантируя их послушание и хорошее поведение. Большая часть этих тварей была воистину тошнотворной, правда, больше в карикатурном смысле; ужасная гигантская многоножка по имени Ауд Гогги, живущая в одном из шкафов кладовой, могла быть прекрасным примером подобного создания.
Тем не менее, эти воспитательные средства содержали такую высокую концентрацию страха и воображения, что слуаги ничуть не удивились, когда химерические воплощения Ауд Гогги и ему подобных начали появляться возле их пристанищ. Большая часть этих химер оказалась на удивление послушной приказам слуагов, и многие из них начали активно помогать ползунам в выполнении их основных функций. В настоящее время, многие химеры, принадлежащие к данной разновидности и практически полностью забытые детьми этого мира, отчаянно цепляются за сотрудничество со слуагами в надежде хотя бы ненадолго продлить свое существование.

10

Признание

Мгновение самоосознания, которое, в конце концов, все же наступило, стало решающим моментом для слуагов, который сыграл в их жизни даже большую роль, чем изначальное пробуждение. Именно тот миг, когда все представители этого кита внезапно осознали, что они призваны нести страх ради Добра, породил тех слуагов, которых мы знаем сейчас. Они перестали быть скопищем разнородных духов, каждый из которых обитал в определенном месте или доме. Вместо этого у них появилась цель. Теперь страх стал их инструментом, а не их господином.
На протяжении бесчисленных столетий, ученые-слуаги неустанно трудились над тем, чтобы определить то мгновение, когда это откровение одновременно достигло всех существующих слуагов. До сих пор никому из них не удалось справиться с этой задачей.
В сути своей, то, что произошло в этот ослепительный миг, привело к тому, что все слуаги осознали, для чего они могут использовать страх, а так же поняли, что они не одни в этом мире. Именно с тех пор  каждый слуаг начал применять страх не ради самого его применения, а в качестве средства достижения определенной цели.
А затем, все слуаги, кто бесшумно крадучись, кто безудержно тараторя, сошлись к исполинскому каменному кольцу, знание о котором, в какой-то миг, так же внезапно возникло в их головах. Глубоко в русских лесах, вдали от всех человеческих селений, дети кошмаров из всех частей России впервые встретились со своими братьями и сестрами. Всю ночь они танцевали вокруг покосившихся серых колонн, к которыми они были призваны, первый и последний раз предаваясь некоему подобию тех вакханалий, которые с тех пор начали регулярно приписывать им представители других китов.

Свернутый текст

В самый разгар празднества, в круг внезапно вошел незнакомец. Лишенный имени и скрывающий свое лицо под рогатым шлемом, он выехал из темнейшей части леса на белом жеребце. Глаза и уши коня были красны от крови, а его копыта, казалось, едва касались земли. В тот же миг, слуаги замолчали, ощущая всю важность визита этого незнакомца.
Его речь перед собравшимися в круге ползунами была недолгой и, в конце концов, он даровал им свое благословение, взяв, в то же время, обещание с тех, кто внимал его словам. С тех самых пор ни один слуаг не обмолвился о том, что представляло собой его благословение; что же касается обета, то он состоял в том, что ни один ребенок не должен был пострадать в ходе запугиваний слуагов. Слуаги все как один согласились на его условия. В свою очередь, рыцарь сказал, что это соглашение должно оставаться в тайне на протяжении лет, равных в своем числе тринадцати поколениям по тринадцать раз. На этом они и порешили, а затем рыцарь Туата де Данаан вновь исчез в первозданном лесу. После этого в серебряном свете луны слуаги продолжили свое празднество. На рассвете, все они с помощью магии разбрелись по своим пристанищам, расположенным в различных уголках Восточной Европы.
С тех пор никому из слуагов так и не удалось вновь обнаружить это каменное кольцо, что и не удивительно. В конце концов, оно не было частью этого мира и было даровано слуагам лишь на одну ночь. Многие из них до сих пор не могут понять это и продолжают отчаянно стараться найти его. Другие, более искушенные в древних познаниях своего рода, предпочитают просто наслаждаться этими древними легендами.

11

Убийство Голосов

О той ночи, когда слуаги внезапно потеряли свои голоса, известно очень немногое. До сих пор ходят настойчивые слухи о том, что с этим были напрямую связаны Туата де Данаан, которых возмутило то, как слуаги выполняли свои обязанности, и которые решили взять дисциплину в свои руки.
Эти слухи (причем достаточно искаженные и беспорядочные) в конечном счете дошли до представителей других китов, которые восприняли их с самодовольной ухмылкой. В конце концов, они-то не были наказаны Туата подобным образом - и это лишь еще раз доказывало то, что слуаги являются именно такими порочными и отвратительными существами, какими их все считают.
Большинство серьезных исследователей не принимает во внимание старую легенду слуагов об одном запугивании, которое пошло не так, как нужно. В частности, один из известных историков-Ши, Лорд Енох Брандивайнский, в свое время выразился следующим образом: "Эта история слишком похожа на какую-то волшебную сказку, чтобы я поверил хотя бы одному слову из того, о чем в ней говорится".

Как минимум один ученый, Этельред из Селькреста, попытался соотнести дату легендарного Убийства Голосов с первыми сообщениями о Монастырских Толстяках, но мудрецы из народов слуага, в силу неизвестных обстоятельств, отказались помочь ему в этом.

12

Золотой Век

После осознания всей важности своей миссии, слуаги стали гораздо ближе к киту фэйри в традиционном понимании этого слова. Они приняли на себя обязанности последних защитников добродетели, карая злых и порочных смертных (особенно из числа детей) с помощью страха. Правосудие слуагов оказалось все же лучшей альтернативой полному отсутствию правосудия, и потому родители, в конечном счете, заключили тайный союз со слуагами.
В сути своей, слуаги стали тайными союзниками родителей по всей Восточной Европе в их бесконечной войне за послушание детей. Всякий раз, когда ребенок становился слишком непослушным, грубым или злым, родители могли призвать слуагов для того, чтобы те преподали ему урок, который не могли преподать родители. Посредством знаков и знамений, ползуны давали понять, какие подношения смогут привлечь их внимание, и вскоре, треснувшие плошки с прокисшим молоком и буханки хлеба (подгоревшие, сырые или испеченные с чем-то несъедобным, подобным  различным насекомым) стали спасением для обеспокоенных родителей по всему континенту.
Слуаги были более чем счастливы заключить это соглашение и получение одобрения их действий со стороны родителей только подстегнуло представителей этого кита, которые начали демонстрировать невообразимые ранее высоты мастерства. Очень скоро слуаги стали настоящими гениями страха, и легендарные мастера запугивания начали соревноваться друг с другом в создании воистину эпических ужасов. Именно тогда слуаги начали постепенно продвигаться на запад, заполняя Финляндию и проникая по берегам Балтийского моря в земли троллей, которые сначала не понимали, что делать с этими странными существами. Первые встречи представителей этих китов были, мягко говоря, достаточно прохладными, и с тех пор отношениями между ними так и не наладились. Тем не менее, именно тролли, невзирая на все то отвращение, которое они питали к методам слуагов, пригласили их присоединиться к Благому Двору.

Свернутый текст

Однако глубоко в лесах Востока уже зрела трагедия. В одну прекрасную ночь, которая выпала на летнее солнцестояние, произошло худшее, что только можно было себе предположить. По неизвестным причинам все слуаги потеряли свои голоса. Среди представителей этого кита ходит немало легенд о том, что же на самом деле произошло в ту ночь, но все они тщательно оберегаются от чужих ушей. В конце концов, некоторые тайны должны знать только слуаги.
Внезапная неспособность слуагов общаться иначе, чем шепотом, к сожалению, выступила для троллей и многих других фей прекрасным подтверждением некоторых из наиболее неприятных слухов, которые ходили о представителях этого кита. Один за одним другие Благие киты отворачивались от ползунов. Тем не менее, слуаги продолжали следовать своей первоначальной цели. Страх стал их лучшим другом за много лет до первой встречи с другими феями; он же остался им и поныне.
Именно поэтому слуаги продолжали распространяться по миру, игнорируя недовольство троллей и других фэйри. Из Скандинавии они перебрались в Англию, укрывшись в потайных уголках длинных кораблей и кнортов. Они шли по немецким лесам, пересекали Дунай и преодолевали просторы Северной Европы. Очень скоро дети всего континента начали вести себя гораздо тише - во всяком случае, те из них, кому было чего бояться.

13

Монастырские Толстяки и Кладовские Духи

В Средние Века, некоторые из слуагов Северной Европы (и, в частности, Британских Островов) решили посвятить себя наказанию отдельных категорий дурных людей. В частности, эти подменыши обратили свое внимание на жуликоватых хозяев гостиниц и сластолюбивых монахов. Сюжеты человеческих историй, повествующих о том времени, часто связаны с монахами, которые набирали немалый вес благодаря земным удовольствия (и, особенно, вину, приобретенному на освобождаемые от налогов церковные десятины), не говоря уже о хозяевах гостиниц, которые засыпали песком лошадиные кормушки и разбавляли водой свои лучшие вина. В результате этого, многие историки народа фэйри предполагают, что именно из-за исключительно частых нарушений своих обязанностей и обетов, две этих категории населения привлекли особенное внимание мстительных слуагов. Тот факт, что эти обманщики были взрослыми и, следовательно, не находились под защитой тайной клятвы слуагов, так же облегчал задачу ползунов.
Следствием этого стало возникновение ордена слуагов, которых смертные часто называли Монастырскими Толстяками, Кладовскими Духами и другими не самыми лестными именами. Хотя, в сути своей, они ничем не отличались от других слуагов, Монастырские Толстяки практически полностью посвятили себя наказанию отдельно взятых категорий населения. Более того, эти слуаги так же  открыли в себе ранее неведомую склонность к хвастовству и стали исключительно назойливыми в своем стремлении наставить смертных на путь истинный. После некоторого первоначального недовольства, другие слуаги пришли к выводу, что это не так уж и плохо; в конце концов, дикие выходки Кладовских Духов выступали прекрасным прикрытием для деятельности тех ползунов, которые вели себя не в пример тише и осторожнее.

Свернутый текст

Вне зависимости от своих мотивов, Монастырские Толстяки и Кладовские Духи использовали схожую тактику. Они проникали в монастыри, которые стали рассадниками пороков (хотя, по неизвестным причинам, они никогда не посещали женские обители) и гостиницы, где обманывали странников, после чего брались за работу. Все пищевые продукты, независимо от того, были ли это запасы предающихся обжорству на церковные деньги монахов или подпорченное содержимое кладовых, которое по дешевке сбывали хозяева гостиниц, уничтожались или пожирались ненасытными слуагами. Более того, слуаги специально делали так, чтобы за их действиями наблюдали надежные свидетели, которые, в свою очередь, распространяли по миру известия об их деяниях. Так начался бесконечный цикл: Слуаги нападали на владения порочных людей, предварительно позаботившись о присутствии надежных свидетелей, после чего эти свидетели связывали действия слуагов с порочностью тех, на кого они нападали. Вскоре одного даже слуха о Монастырских Толстяках было достаточно для того, чтобы подорвать репутацию целого монастыря, тогда как одна разбившаяся тарелка, которую дочиста вылизал Кладовской Дух, могла оставить неизгладимое пятно на репутации гостиницы от Кале до Уитби.
Эти слуаги так же уделяли особое внимание тем людям, которые несли ответственность за привлечение интереса ползунов к тому или иному месту. Монахи, которые злоупотребляли щедростью простого люда, были вынуждены поглощать плоды своей неправедности до тех пор, пока их не начинало тошнить; другим приходилось наслаждаться вкусом песка или отбросов, которыми кормили скотину. Нескольких из числа самых безнадежных даже утопили в бочках с вином; при этом, зловредные слуаги специально выбирали лучшие бочонки. Владельцев гостиниц, которые обманывали своих клиентов, часто находили в стойлах с головами в кормушках, заполненных грязью.
Деяния Кладовских Духов имели два основных последствия. Прежде всего, многие люди уверились в том, что слуаги на самом деле пожирали подпорченные припасы, которыми торговали бесчестные хозяева таверн; вскоре это предположение действительно стало реальностью. Хотя чашка кислого молока и буханка несъедобного хлеба всегда были излюбленной пищей слуагов, до появления Кладовских Духов слуаги могли забрать это подношение или же оставить его. Тем не менее, теперь они оказались лишены этого выбора. Даже те слуаги, которые поедали лучшую пищу, которую только можно было найти в монастырях, внезапно обнаружили странную тягу к разведенному вину, непропеченному хлебу и прокисшему молоку. В конце концов, именно эта неблаговидная еда стала тем единственным, чем ползуны могли утолить свой голод.
Второе изменение, которое принес с собой этот период истории слуагов, стало, пожалуй, еще более значительным. Впервые за всю свою историю, представители этого кита начали в массовом порядке переходить в Неблагой Двор. Очевидная неспособность слуагов принудить смертных к должному поведению посредством страха раз и навсегда подорвала терпение многих ползунов, особенно тогда, когда стало очевидным, что человеческое общество пропиталось пороком от низов и до самой верхушки.  Вполне возможно, что именно жадность и распущенность монахов окончательно подорвали веру слуагов в человечество. Попытки заставить дурных людей измениться с помощью страха перед наказанием превратились в карательные экспедиции против наиболее порочных представителей рода человеческого. Соответственно, репутация слуагов среди смертных начала заметно ухудшаться и, надо сказать, что этот процесс продолжается и по сей день.

14

Килмулисы

Никто в точности не знает, были ли килмулисы представителями немногочисленного кита, горсточкой слуагов, тела которых были особым образом изменены для того, чтобы соответствовать их новым обязанностями, или чем-то абсолютно другим. Известно лишь то, что эти существа впервые появились тогда, когда слуаги начали проникать в гостиницы и аббатства, оказывая ползунам помощь тем, что они пожирали всю пищу, которая оказывалась поблизости - естественно, только после своих повелителей.
В сути своей, эти существа не поедали пищу в привычном значении этого слова; на самом деле, у них просто не было ртов. Вместо этого, килмулисы обладали огромными широкими ноздрями, в которые они засовывали все съедобные продукты, которые оказывались поблизости. Хотя рост килмулисов никогда не превышал трех футов, а их тела были настолько худыми, что ребра килмулисов можно было пересчитать на расстоянии, равном полету стрелы, эти существа ухитрялись запихнуть в себя просто невообразимое количество пищи. Оставаясь незамеченным, один килмулис мог полностью опустошить кладовую в течении всего лишь нескольких дней.
В древние времена, этих существ часто видели в компании слуагов. Тем не менее, уже больше века никто о них ничего не слышал и, считается, что они полностью вымерли. Некоторые до сих пор скорбят об этой утрате, хотя большинство подменышей никогда даже не слышало об их существовании. Отдельные слуаги, впрочем, все еще надеются на то, что килмулисам все же удалось дожить до наших дней и они просто хранят молчание; в конце концов, странно ожидать чего-то иного от существ, которые лишены рта.

15

Жизнь среди Мертвых

История отношений слуагов с призраками действительно является очень долгой; само название этого кита уже указывает на его связь с Неуспокоенными Мертвецами. Единственные среди всех Китэйнов, слуаги обладают возможностью видеть души мертвых и общаться с ними. Более того, нельзя сказать, что это произошло совсем недавно, ибо ползуны общались с мертвыми столько, сколько они себя помнили.
Первые известные свидетельства общения слуагов и призраков связаны еще с теми днями, которые предшествовали встрече слуагов и троллей. В те времена бормотание и шорохи, производимые слуагами, ограничивались лесами Восточной Европы. Предположительно, что первым слуагом, который заговорил с призраком, стал Алексей Тринадцатипалый; до этого слуаги предпочитали игнорировать души мертвых, считая их предвестниками несчастий. Тем не менее, Алексей распознал в них огромный потенциал, который позволил бы поднять искусство страха на новые высоты, после чего выбрал одного из наиболее прилично выглядящих призраков и завел с ним разговор.

Свернутый текст

В силу того, что империя Стигии еще не протянула свои железные когти для того, чтобы "организовать" эту часть Земель Теней, призраки славянских земель, на тот момент, были неорганизованными, хаотичными и, в той или иной степени, одинокими. Отчаянно стремящиеся создать хотя бы некое подобие порядка, местные призраки были счастливы общаться и сотрудничать с этими странными, бледными существами, которые сами казались наполовину мертвыми. Помимо этого, даже та несовершенная организация, которую им удалось создать благодаря союзу со слуагами, предоставила этим призракам возможность хотя бы в некоторой степени противостоять армиям Стигии на равных; в результате этого, имперские завоевания так и не затронули эту часть Подземного Мира. И, наконец, невзирая на то, что те призраки, с которыми начали вести дела слуаги, держали это в тайне (во всяком случае, настолько, насколько это было возможно), известия о том, что некоторые представители рода фей способны видеть души мертвых и общаться с ними, начали постепенно распространяться среди обитателей Мира Мертвых. Хотя Стигия так никогда и не дала официального разрешения на общение со слуагами, достаточно тесные взаимоотношения некоторых призраков с ползунами были и остаются секретом полишинеля.
В результате этого, куда бы не отправлялись слуаги, повсюду их ожидали словоохотливые призраки. Эта проблема стала особенно актуальной на Британских Островах и, в частности, в Ирландии и Шотландии. Во многих случаях, слуаги просто вынуждены были покидать фригольды, расположенные в этих странах в силу того, что там появлялось огромное количество призраков, желающих побеседовать с ними.
Как бы то ни было, некоторым слуагам все же удалось извлечь некоторую пользу даже из чрезмерной навязчивости дружественных призраков. Учитывая то, что границы между призраками и фэйри в кельтской Европе оказались несколько размытыми, те слуаги, которые стремились обеспечить себе еще более надежное прикрытие, постарались полностью стереть их в глазах обычных смертных. Очень скоро, обычные люди перестали различать слуагов и призраков, следствием чего стала твердая вера в то, что души недавно умерших людей обитают в местных сидах. В силу того, что смертные стремились связываться с мертвыми еще меньше, чем с феями, эта хитрость свела вмешательство людей в дела слуагов до минимума. В конце концов, если фэйри могли одарить смельчака своей благосклонностью или сокровищами, то лишь полный дурак захотел бы искать свое счастье у мертвецов. Таким образом, скрываясь за кладбищенскими масками, слуаги смогли отделить себя от человеческой культуры и, в то же время, остались достаточно близки к ней для того, чтобы оказывать на нее непосредственное влияние. Сложно было назвать случайностью то, что большинство волшебных курганов, где, если верить слухам, обитали недавно умершие, находились так близко от городов; именно в этих сидах поселились слуаги, которые хотели оставаться как можно ближе к тем, кто заслужил добрую порцию страха.
Тем не менее, с течением лет Саван и законы мертвых заметно усложнили взаимоотношения между призраками и слуагами, и былая дружба, в лучшем случае, стала несколько натянутой. То, что было нормой на протяжении всех предыдущих столетий, теперь перешло в разряд случайных и хаотичных встреч; отдельные призраки до сих пор поддерживают контакты с отдельными слуагами, но на глобальном уровне эти отношения стали гораздо более ограниченными.

16

Взаимоотношения с Пожирателями

Еще одним китом, обладающим достаточно тесными связями с северной частью Англии, являются красные шапки. Возможно, именно поэтому отношения между пожирателями и ползунами никогда не отличались значительной теплотой. Как бы то ни было, пока красные шапки в основном держались возле своих разрушенных сторожевых башен, а слуаги оставались в своих сидах, противоречия между двумя этими народами оставались минимальными.  Тем не менее, после того, как владык ночных кошмаров все чаще стали обвинять в тех или иных выходках красных шапок, между слуагами и красными шапками заметно участились конфликты. Одна лишь мысль о том, что кто-то мог спутать их тонкую работу с варварством красных шапок, вызывала у слуагов приступы безумного раздражения, тогда как красные шапки, со своей стороны, не могли даже отчасти осознать всю суть методов слуагов, считая, в то же время, их неприятно скрытными и загадочными.
Неудивительно, что разрешение разногласий между слуагами и красными шапками принимало самые различные формы и, зачастую перерастало в общие свалки. Многие легенды, повествующие о "войнах в глубинах холмов", которые рассказывали смертные, внимающие звукам сражений, исходящим из сидов, в действительности были свидетельством того, что слуаги и красные шапки решают свои споры самым старым и проверенным способом. Вполне естественно, что красные шапки предпочитали именно этот метод решения конфликтов, тогда как слуаги старались избегать прямых столкновений.

17

Дни Междуцарствия

Закрытие врат Аркадии имело для слуагов как положительные, так и отрицательные последствия. Хотя им, как и всем остальным Китэйнам, пришлось приложить немалые усилия для того, чтобы отвыкнуть от своего прежнего существования и стать подменышами, ползуны так же столкнулись с некоторыми дополнительными сложностями. Уход Ши с Земли означал, что институционализированная дискриминация слуагов в составе Дворов стала частью прошлого, но наступление новой эры ознаменовалось гораздо более хаотичной, но от этого не менее жестокой дискриминацией со стороны других китов. В отсутствие Ши, которые могли контролировать худшие проявления недовольства других фей, слуаги стали самой удобным объектом для вымещения раздражения, страха и паники, которые расцвели буйным цветом после Раскола.
Именно так произошло неизбежное. Другие подменыши, которые отчаянно нуждались в козлах отпущения, решили сделать ими ползунов. И, учитывая то, что очень немногим слуагам хватило глупости для того, чтобы отдать себя на растерзание другим феям, те несчастные, которые все же попали в руки своих собратьев, испили эту чашу до дна. Их ожидали оскорбления (не говоря уже о камнях, стрелах, бутылках, палках и гнилых овощах), которые метали в них их так называемые "сородичи" - не говоря уже о всех тех порожденных Гламуром жестокостях, которые только могли прийти им в голову. Иногда эти издевательства выходили из-под контроля и, в результате этого, невезучий слуаг оказывался жертвой физического насилия - если не хуже.
В конце концов, в Мире Осени воцарилось шаткое равновесие. Рассерженные толпы не заметили каких-либо улучшений после того, как им удалось повесить всех слуагов, которым не посчастливилось попасться им в руки (а их, надо сказать, было не так уж и много) и нашли себе другие развлечения и аргументы. Внезапно на вершине общества фей образовался вакуум власти, и желание заполнить его собой оказалось гораздо более сильным, чем потребность обвинить кого-то в былых трагедиях.
Слуаги еще раз продемонстрировали свою мудрость, стараясь держаться подальше от интриг и махинаций всех остальных китов (по крайней мере, на публике). По мере того, как общество подменышей превращалось в некое подобие причудливого слияния феодализма и социализма, бывшие мелкие аристократы и простолюдины, принятые в аристократические Дома, отчаянно пытались сохранить свои места на вершине изрядно укоротившейся иерархической пирамиды. Некоторые фригольды продолжали напоминать бледное подобие дней былой славы фэйри, хотя теперь некогда величественными (а сейчас достаточно неприглядными) дворцами правили рыцари и баронеты, занявшие место королей и герцогов. В других местах все решал принцип силы, и отдельные таборы простолюдинов яростно пытались создать новые источники Гламура, подкрепляя это своими собственными формами правления, которые эволюционировали с ходом времени.
А что же ползуны? Они решили по-добру, по-здорову убраться с дороги других Китэйнов, оказывая тайную поддержку тем немногим лидерам, которые, на их взгляд, заслуживали помощи. И только спустя многие годы после того, как новая политическая парадигма твердо заняла свое место в обществе фей (а воспоминания о погромах изрядно потускнели), слуаги смогли вновь занять свое заслуженное место среди других Китэйнов.

18

Разум и Ложь

Слухи о том, что, на самом деле, именно слуаги виноваты в Расколе, активно распространялись на протяжении многих веков. Современные защитники этого кита утверждают, что, на самом деле, данные утверждения были глупой выдумкой, призванной оправдать ту волну насилия, которая обрушилась на слуагов в первые дни Междуцарствия. Тем не менее, оказывающиеся на дне своих кружек пьяные тролли до сих пор иногда начинают бормотать о том, что во всех несчастьях современного мира виноваты проклятые слуаги.
Однажды появившись подобная история уже никогда не исчезнет. Слуаги постигли этот урок лучше, чем кто-либо другой.

19

Аграрная реформа

По мере распространения фабрик и развития сети железных дорог, которые значительно приблизили все сонные маленькие городки к большим городам,  количество слуагов, живущих в сельской местности, заметно уменьшилось. Сельские ползуны, в большинстве своем, отчаянно выступали против технологического развития; не один, и даже не два представителя этого кита оказались в числе последователей загадочного Неда Лудда. Их страх, который вполне можно было понять, в основном был связан с тем, что индустриализация рано или поздно должна быть превратить ремесленников в бездумные автоматоны, и это, в свою очередь, лишило бы мир практически всего Гламура, который там еще оставался.
Хотя слуаги превозносили возможные преимущества, которые могло бы принести с собой технологическое развитие - особенно в области медицины - большая их часть отказывалась верить тому, что эти изменения будут использованы ради всеобщего блага, не ради чей-то наживы. К сожалению, время показало, что они были правы.

20

Две Истории о Городах: Девятнадцатый Век

Для слуагов эти годы стали, в равной степени, самым лучшим и самым худшим периодом их истории. Это было время первого массового переселения в города и преодоления Атлантического океана, но, в то же время, это было время изнурительной работы и огромных человеческих масс, пытающихся втиснуться в крошечные квартирки огромных домов. Эпоха промышленной революции, Диккенса и масштабной урбанизации в немалой степени отразилась и на феях. Тем не менее, именно слуаги приняли на себя главный удар, который нанесли эти изменения народу фэйри.
Города, заполненные идеальными укрытиями и неожиданными сокровищами, всегда были пристанищем всевозможных тайн и секретов. Именно поэтому, абсолютно неудивительно, что как только слуаги впервые появились в этом мире и, постепенно, начали распространяться по его просторам, они в массовом порядке (относительно массовом, конечно же) потянулись в города. Вполне естественно, что даже города позднего Средневековья и колониального периода оставались сравнительно небольшими, так как в действие вступали естественные ограничители населения, связанные с суровыми особенностями экономики и санитарии того времени. Даже Рим и Париж, которые казались относительно многолюдными (во всяком случае, по сравнению с теми деревушками, которые окружали их со всех сторон), не могли обеспечить жилищами значительное количество смертных - не говоря уже об укрытиях для слуагов.

Свернутый текст

Тем не менее, все изменилось с началом индустриализации, которая придала новое значение термину "большой город". Внезапно на заводах и фабриках появились рабочие места для миллионов людей, и всем им необходимо было где-то жить. Более того, этим людям требовалось жить где-то неподалеку от их места работы. Учитывая то, что фабрики обычно появлялись возле основных рынков сбыта (т.е. наибольших городов), размеры этих рынков начали увеличиваться в геометрической прогрессии. Города поглощали все - деньги, людей, землю.
Одновременно со всеми метаморфозами, которые переживали города, строители железных дорог продолжали выкладывать окрестные земли деревянными балками и железными рельсами. Их неумолимое (и, зачастую, абсолютно необдуманное) продвижение уничтожало линии энергии (так же именуемые Лей линиями) и, вскоре, сама земля подверглась вивисекции стали и графиков движения.
Новые метрополисы так же не могли в полной степени сохранить то, что они так бездумно поглотили. Новые фабрики изрыгали дым и неустанно засыпали окрестности копотью, не останавливаясь ни днем, ни ночью. Недавно возведенные дома и принадлежащие промышленным компаниям "селения" были чрезвычайно грязны и переполнены как людьми, так и всевозможными вредителями. А новые жители этих городов? Они были перегружены работой, за которую им платили жалкие гроши, лишены надежды и ужасающе бедны. В подобных ужасающих условиях мечтам оставалось только умирать. Их убивало многое - отравляющие пары, вырывающиеся из дымовых труб, неумолимый рак бедности, который замещал видения грядущей славы отчаянными надеждами найти хотя бы чуточку денег на еду и, прежде всего, отчаяние перед лицом безрадостного и бессмысленного существования, которое, казалось, было единственной перспективой грядущих поколений.
Ибо, помимо всего прочего, города пожирали и детей.

21

Пять Секретов Слуагов Девятнадцатого Века

1 — По не был слуагом. Честно говоря, он заслуживал этого больше, чем кто-либо другой, но, к сожалению, не в этой жизни.

2 — Чарльз Диккенс так же не был слуагом, хотя он знал как минимум нескольких представителей этого кита. Диккенсу так же была дарована редкая привилегия посетить Высокий Чай, но из-за того, что он говорил так много, что никому больше  из сидящих за столом в тот вечер не удалось вставить ни единого слова, его больше туда никогда не приглашали.

3 — Чтобы не рассказывали представители других китов, но именно слуаги сыграли одну из ключевых ролей в принятии законов относительно детского труда. Немалые суммы, анонимно переправленные на счета борцов за права детей, поступали именно из кошельков слуагов.

4 — Одной из величайших загадок, связанных со слуагами, является то, почему, невзирая на всю их любовь к воде, они настолько ненавидят морские путешествия. Очевидно, что это как-то связано с тем, что довольно сложно найти себе какое-то незаметное убежище посреди океана, но, в любом случае, результаты были достаточно очевидны. Хотя в портовых районах практически любого большого города было всегда полно слуагов (как, впрочем, и других, гораздо менее известных широкой общественности существ), количество ползунов, которые когда-либо выходили в море, можно было пересчитать по пальцам одной ноги. Невзирая на то, что грезы о море, живущие в разумах моряков, могли быть восхитительным источником Гламура, слуаг на борту корабля был и остается такой же редкостью, как спокойный пак.

5 — Несмотря на диаметрально противоположные слухи, слуаги ненавидели загрязнение и находили зловонную Темзу и губительный смог Старого Лондона отвратительными. Между гниением и нефтехимическими выбросами есть достаточно заметная разница и нетрудно понять, какая из двух сторон, в данном случае, ближе слуагам.

22

Фабрики и Потогонки

Именно текстильная и горнодобывающая промышленности сыграли наиболее отвратительную роль в этом процессе. Маленькие руки позволяли добиться максимально изящных стежков на причудливых платьях благородных леди, за которые владельцы фабрик могли потребовать более высокую цену. Маленькие тела могли проникать в более узкие туннели, что сохраняло немалые деньги для тех владельцев горных разработок, которые не утруждали себя прокладыванием нормальных шахт. Кроме того, маленькие руки забирали гораздо меньше денег, и маленькие голоса, которые попытались бы протестовать, можно было бы с легкостью заглушить. И даже если детские руки случайно стали бы  мешаниной костей и плоти, а легкие нескольких детей превратились в кровавые ошметки из-за слишком долгой работы в шахтах, то на их место всегда нашлось бы предостаточно маленьких работников, готовых пойти на все ради того, чтобы помочь своей семье найти деньги на пропитание.
Разве можно удивляться тому, что в подобных условиях целые поколения детей оказались самым жестоким образом лишены веры в чудо? Кто посмеет сказать, что он не понимает, почему многие из этих несчастных детей, сирот Индустриального Века с опустевшими глазами, проваливались в глухую черноту без снов всякий раз, когда им наконец-то удавалось вырваться домой с фабрик и заводов? В эти годы великое множество грез навсегда покинули Мир Осени, ибо те, кто должны были заботиться о них, занимались тогда чем-то диаметрально противоположным грезам.

Свернутый текст

Многие слуаги, особенно в Англии, Соединенных Штатах и наиболее индустриализованных немецких княжествах, просто лишились духа, скорбно сдавшись на милость Банальности. По мнению этих слуагов, их прямые обязанности, связанные с наказанием плохих детей, были раз и навсегда узурпированы заводами и угольными шахтами. Сложно представить, какие кары они должны были придумать, какие ужасы пришлось бы им призвать для того, чтобы испугать детей, перед глазами которых каждый день представали невообразимые в своей кошмарности вещи.
Другие слуаги, которые были гораздо менее склонны к пораженческим настроениям, решили изменить тактику. Эти ползуны сосредоточились на детях богатых людей, считая, что если эти подростки радуются жизни благодаря страданиям множества других детей, то они так же заслужили немного боли и страха. Тем не менее, эта кампания устрашения вскоре вышла у них из-под контроля (как, впрочем, это часто бывает с очень хорошими идеями) и где-то в ходе ее реализации намерения слуагов изменились. Если изначально они собирались преподать богатеньким сынкам небольшой наглядный урок, чтобы заставить их хотя бы отчасти осознать тот ужас, которым стали заводы их родителей для других детей, то очень скоро эти уроки превратились в простые акции мщения, где приходилось страдать как виноватым, так и невиновным.
В результате этого, абсолютно неудивительно, что столь многие наследники промышленных баронов и финансовых магнатов сошли с ума. В конце концов, даже спустя многие столетия после дней своего расцвета слуаги все еще продолжали помнить старые трюки и навыки.

23

Положительные Черты

Даже невзирая на то, что подменыши практически всего мира содрогнулись от резкого падения Гламура, наступление нового времени все же принесло с собой и некоторые положительные стороны. Хотя города и превратились в исполинские трущобы, напоминающие крысиные норы и заполненные грязью и нищетой, количество тайн и доступных укрытий так же начало расти в геометрической прогрессии. Быстрое расширение городов значительно повлияло на масштабы и скорость строительства, в результате чего предприимчивые слуаги получили уникальную возможность заняться созданием своих собственных лабиринтов и потайных убежищ.
Впрочем, гораздо более важным было то, что все эти изменения привели к самому настоящему литературному буму. Журналы и другие периодические издания внезапно оказались повсюду, а романы стали наиболее модной и распространенной литературной формой. Учитывая быстро растущий уровень грамотности, потребность в материале для чтения (особенно в форме периодических изданий) достигла невиданных ранее высот и продолжала двигаться вперед семимильными шагами. Все это привело к тому, что слуаги стали одними из ключевых фигур в области издательского дела. Репортеры, редакторы журналов, издатели - практически вся печатная индустрия, начиная безымянными наладчиками печатных станков, и заканчивая самыми известными деятелями этого бизнеса, оказалась пронизана представителями данного кита (в переносном смысле, конечно же).  В конце концов, чем больше издавалось журналов и газет, книг и бульварных романов, тем больше источников информации появлялось на свет, а слуаги были всегда этому рады.

Свернутый текст

Помимо этого, ползуны так же решили позволить себе некоторые вольности относительно своих же собственных правил, сознательно способствуя карьерам некоторых из самых любимых своих писателей. Диккенс, Скотт, Ле Фану и Матурин в свое время получали небольшие "подарки" от своих издателей- слуагов. Некоторые слуаги так же проявили живой интерес к театру, хотя при этом никогда не выступали на сцене. Вместо этого, они становились покровителями драматургов, обращали внимание владельцев театров на особенно удачные пьесы и, что самое важное, поддерживали внимание к театрам, оставаясь при этом вдали от огней рамп. К примеру, хотя именно лорд Байрон согласился поставить исключительно готического "Бертрама" Матурина, лишь благодаря слухам и сплетням, которые распространяли слуаги (и влиянию, которое они оказывали на главные газеты), "Бертрам" стал шедевром.
Спиритизм так же пошел на пользу слуагам. Их врожденная способность видеть призраков умерших людей делала пустую болтовню на спиритических сеансах абсолютно ненужной (а иногда и неприятной), но исключительная пытливость и настойчивость, которыми отличались серьезные спиритуалисты, производили впечатление на некоторых ползунов, которые были серьезно расположены к человеческому обществу.
Одним из наиболее приемлемых и подходящих занятий для слуага в городе, подобном Лондону, было выполнение обязанностей спиритического советчика. Занимаясь чтением карт, хиромантией,  гаданием на чайной гуще, использованием хрустальных шаров и периодическим облегчением настоящих контактов с мертвыми, предсказатели-слуаги действительно преуспевали благодаря твердой вере смертных в мир духов.
Более того, манера поведения этой эпохи так же была исключительно близка слуагам. Холодная формальность Викторианской эры с особенным акцентом на сдержанность и достоинство, строгие правила поведения в обществе и при дворе, а так же исключительная важность, придающаяся неприятным историям и секретам – все это вызывало глубинный отклик у чрезвычайно склонных к официозу слуагов и, в частности, у тех представителей этого кита, которые принадлежали к Благому Двору. И даже то, что эти правила и условности нарушались смертными так же часто, как и соблюдались, не имело для слуагов абсолютно никакого значения – в конце концов, в их отношении всегда самым важным оказывалось не то, какими они были на самом деле, а то, какими их воспринимали.
И потому ползуны полностью отдались духу эпохи; по крайней мере, в социальном плане. Они даже попытались войти в те социальные круги, к представителям которых они никогда раньше не принадлежали. Некоторые смельчаки зашли настолько далеко, что даже научились танцевать и играть в бильярд, что было характерно для высших кругов как общества смертных, так и общества фей. Готическая чувствительность начала 19 века придала особенный шик занятиям слуагов; читатели, который содрогались от ужаса, переворачивая страницы “Удольфо” и “Монаха”, обладали действительно ярким воображением, которое порождало такие разновидности Гламура, которые слуаги находили особенно восхитительными.
Тем не менее, будучи извечными хранителями истории фей и смертных, слуаги хорошо знали, что этот величественный период изысканности и хороших манер рано или поздно закончится. Вполне естественно, что некоторые из числа наиболее предприимчивых представителей этого кита решили как-то исправить данную несправедливость. Хотя все рассказы о том, что слуаги как-то были связаны с необычайно долгим правлением королевы Виктории с легкостью можно отнести к числу обычных выдумок, сложно не согласиться с эффективностью объединенных стараний слуагов систематизировать и обессмертить все достижения Викторианского периода.

24

Туманы

Попробуйте представить себе Лондон Викторианской Эры и первым, что непременно предстанет перед вашими глазами, станут туманы. Густой, мутный полог желтого и молочного оттенков, который со временем стали называть настоящими лондонскими туманами, сначала стал для городских слуагов настоящим сокровищем. Учитывая и без того уже ставшую легендарной скрытность ползунов, ночной туман позволял слуагам с легкостью пропадать с чужих глаз, в равной степени избегая как врагов, так и полисменов. В самые зловещие ночи ассасины-слуаги становились абсолютно невидимыми, безбоязненно действуя в густых облаках тумана, клубящихся над улицами Лондона; при этом они использовали колдовство (теперь уже предположительно утраченное), которое позволяло им видеть в тумане так же ясно, как и днем. Более того, Неблагие слуаги часто устраивали садистские игры в кошки-мышки со своими жертвами или даже случайными прохожими.  Излюбленным развлечением слуагов стало заманивание спешащих куда-то путников в туманные лабиринты, которые завершались в одном из крайне неблагополучных районов, и последующее наблюдение за тем, как жертва пытается найти дорогу домой, сохранив свой кошелек и свою жизнь. Одной из вариаций подобных игр стало безмолвное приближение к ничего не подозревающим кэбменам, оглушение этих несчастных и угон экипажей, уносящихся вместе со слуагами в туманные глубины ночи. 

Свернутый текст

Представители других китов утверждали, что слуаги обладают какой-то странной властью над туманами, и что ползуны, как будто бы, даже умели призывать их. Хотя последнее было очень значительным преувеличением (на самом деле, эти туманы были результатом абсолютно разбалансированной комбинации высокой влажности и ядовитых промышленных выбросов), слуаги действительно использовали все те возможности, которые предоставляли им туманы. Кошмарные химеры, рождающиеся из страха смертных перед туманами Лондона, очень быстро стали верными слугами слуагов, которые разгуливали по темным улицам, доставляя послания более или менее зловещего рода. Впрочем, можно предположить, что некоторые слуаги все же научились в определенной степени изменять туманы, делая их гуще или же наоборот замедляя их продвижение тогда, когда это было им на руку.
Так продолжалось до тех пор, пока промышленный смог не достиг таких масштабов, что слуаги осознали, что их игры обернулись против них. Ползуны, которых всегда сложно было назвать здоровыми и крепкими, начали страдать от всевозможных заболеваний дыхательных путей, вызванных удушающими выбросами заводов. Химеры тумана становились все более дикими и жестокими, а многие из них, в конце концов, вырвались из-под власти слуагов. Когда туманы Лондона превратились в легендарный лондонский смог, вся власть слуагов над ними так же превратилась в легенду. В конечном счете, слуаги только обрадовались тогда, когда воздух над английской столицей расчистился, а худшие проявления смога ушли в прошлое.

25

Иммиграция

Несмотря на закостенелую ненависть к морским путешествиям, которую питали все слуаги, некоторым из наиболее отважных представителей этого кита все же удалось начать новую жизнь на американском континенте. Большая их часть была достаточно обеспечена в своей смертной жизни и могла позволить себе отдельные каюты; немногие оставшиеся были вынуждены путешествовать зайцами. Слуаги, которые смогли бы выстоять перед кошмарнейшим психологическим испытанием (которое, в большинстве своем, было связано со скученностью людей) в форме путешествия третьим классом, тогда еще не появились на свет. 
Изначально слуаги находились в некотором меньшинстве в Новом Свете. Если представители всех остальных китов прибывали в Америку целыми толпами (иногда, в буквальном смысле этого слова), открывая для себя безграничные сокровища этих земель, а так же появлялись на свет на новом месте, то слуаги, по большей части, оставались в Старом Свете, не желая предпринимать трансатлантические вояжи. Естественно, что рано или поздно слуаги так же начали появляться на свет и на просторах Америки, но количество ползунов-эмигрантов продолжалось оставаться минимальным. Именно в результате этого, на стороне всех остальных китов оставалось значительное численное превосходство.

Свернутый текст

Так продолжалось до тех пор, пока уже после наступления ХХ века морские путешествия не достигли такого уровня комфорта, что многие слуаги действительно могли почувствовать себя на борту более или менее уютно. Тем не менее, еще более любопытным является тот факт, что с середины ХIX века и вплоть до 1930-ых годов Кризалису подвергалось несколько несоразмерное количество слуагов.
В сути своей, "норма рождаемости" слуагов в Америке на протяжении этих 80 лет была гораздо выше, чем в случае с любым другим китом. Эта странная диспропорция начала постепенно сходить на нет после того, как количество слуагов приблизительно сравнялось с количеством представителей всех остальных китов. Это странное совпадение заставило некоторых из наиболее религиозных фей начать поговаривать о том, что Туата де Данаан каким-то образом вмешиваются в цикл перехода душ подменышей из одного тела в другое, специально задерживая некоторых Китэйнов в их великом путешествии для того, чтобы "выровнять ситуацию" в мире смертных.
Как ни странно, но спустя пять лет после завершения Войны Соответствия количество слуагов вновь начало резко расти без видимой на то причины. Никому так и не удалось понять, с чем это связано...во всяком случае, пока что.

26

Возвращение

В отличие от представителей всех остальных китов, слуаги были готовы к последствиям полета на Луну, который произошел в 1969 году. Космическая программа и средства массовой информации находились под непосредственным контролем слуагов; они хорошо знали, что ожидает их впереди, и каковыми могут быть возможные результаты. Нарушив традицию минимального общения с представителями других китов, установившуюся на протяжении предыдущих столетий, слуаги попытались предупредить других простолюдинов о грядущих переменах. Они были не слишком удивлены, когда им никто не поверил или же просто не обратил внимания.  Кроме того, многие подменыши считали, что кульминация научного прогресса в виде полета на Луну приведет к началу новой эры Банальности и, в достаточно грубой форме, рекомендовали слугам забраться обратно в свои норы и сдохнуть там.
Это пренебрежение не было забыто. Все пророчества и предзнаменования, которые удалось собрать слуагам, так и не покинули пределы этого кита. Все попытки минимизировать грядущее бедствие со стороны слуагов ограничились исключительно самими слуагами. Тексты, которые могли оказать бесценную помощь другим подменышам в преддверии возвращения Ши, остались лежать в старых шкафах. Именно поэтому, когда врата Аркадии все же открылись, и оттуда появились Ши, слуаги наблюдали за этим из-за закрытых дверей, приготовив свое самое смертоносное колдовство и сжимая в руках свои тонкие и смертоносные клинки. Тираны вернулись домой и ползуны лучше, чем кто-либо другой, знали, что последует за этим.

27

Война и Что Произошло После Нее
Несколько отдельно взятых слуагов (Благих, в большинстве своем) откликнулись на издевательский призыв Ши, которые решили, что все их вассалы сразу же вернутся к ним, стоит им только свистнуть. Оставшиеся продолжали скрываться, наблюдая за развитием событий. К сожалению, события эти в основном развивались именно так, как ожидали слуаги. Высокомерие Ши столкнулось с независимостью простолюдинов. Масла в огонь подлило и достаточно приземленное желание Неблагого Двора восстановить исконную справедливость, следствием чего стал новый виток ухудшения отношений между аристократами и простолюдинами. Тем не менее, Ночь Железных Ножей стала шоком даже для слуагов. Никто не ожидал ничего настолько внезапного, настолько кровавого, настолько подлого. Убийство политических противников еще можно было понять, но использование железа? Когда с несколькими влиятельными слуагами немедленно связались призраки тех Китэйнов, которые были убиты Ши, требуя при этом справедливости и отмщения у тех, кто остался по ту сторону могилы, все попытки слуагов изменить ход развития событий оказались такими же тщетными, как старания короля Кнута обратить прилив вспять. 
Впервые за долгое время общую политику кита начали диктовать Неблагие слуаги. Несмотря на всю кошмарность поступка аристократов, то оскорбление, которое нанесли слуагам другие Китэйны, так и не было забыто. Слуаги не собирались отправлять батальоны или полки на поле боля; для них не имело абсолютно никакого значения то, что тролли умирали там сотнями, если не тысячами. Вместо этого, ползуны собирались заниматься тем, чем они занимались всегда: вызывать страх у своих врагов. Тем не менее, на этот раз их врагом было не сборище непослушных детей. В данном противостоянии их ожидал равный противник. Другими словами, настало время познать страх и для Ши. 

Свернутый текст

Тонкие клинки взлетали в ночи и обагрялись кровью. Удавки и духовые трубки отнимали одну жизнь за другой. Тодд Серый, величайший из убийц народа слуагов, которые принимали участие в этом конфликте, посвятил себя охоте на генеральный штаб Лорда Дайфелла, после чего назначение туда стало считаться смертным приговором. До сих пор ведется множество споров о том, кто же именно был убийцей Дайфелла. Ни один слуаг не удивится, если узнает о том, что это сделал Тодд Серый.
Некоторые слуаги присоединились к более конвенционной борьбе. Элеанор Делл и ее товарищи-курьеры обеспечивали армии простолюдинов всей доступной слуагам информацией и доставляли послания через вражеские линии. Остальные слуаги сражались в рядах отдельных армейских подразделений, хотя и были отвратительно подготовлены к противостояниям лоб в лоб с армиями Ши, на которых настаивали генералы-тролли. Некоторые из них тайно следовали за регулярными войсками, устанавливая ловушки для преследующих отступающих простолюдинов Ши.
Всего этого оказалось недостаточно. Возможно если бы слуаги вмешались в ход войны с самого начала...Но нет, обида была слишком сильна, а тролли никогда не обратились бы к слуагам с просьбой о помощи. И потому тщеславие и гордыня привели к поражению союза простолюдинов.

28

Вернувшийся Король

Появление Льва Тары не стало для слуагов полной неожиданностью. К тому моменту, когда Дайфелл заставил Четвертый Пехотный Полк Троллей отступить на Манхэттен, слуаги уже знали, что война проиграна и начали искать пути к отступлению. Именно тогда некоторые безумные пророчества о приходе нового короля, которые распространялись среди Ши, достигли ушей старейшин этого кита. Доказательства оказались достаточно весомыми, истина была отделена от плевел и задолго до того, как Королева Мэб признала Дэвида Ардри Высоким Королем, слуагам уже было хорошо известно его имя и его нрав.
Как только все признали, что Ардри был именно тем королем, о котором говорилось в пророчествах, слуаги взялись на работу, стараясь узнать о нем как можно многое. Результаты этого, в определенной степени, можно было действительно назвать многообещающими, и потому когда красные шапки начинают ворчать о том, что запрос о подкреплениях, который они отправили после того, как окружили Правдивого Томаса на Таймс Сквер, и передачей которого занимались слуаги, загадочным образом оказался "утерян", то в их словах, возможно, присутствует гораздо больше истины, чем можно было бы предположить.
Восхождение Дэвида Ардри на трон стало настоящим разочарованием - во всяком, с точки зрения слуагов. После того, как непосредственный кризис, связанный с войной, прекратился, многие феи решили разорвать те связи, которые возникли между ними и слуагами. Тролли возглавили дипломатические делегации простолюдинов; Неблагие слуаги до сих пор бормочут, что не берутся сказать, где они потерпели большее поражение - на поле боя или за столом переговоров. Некоторые мудрые простолюдины и аристократы, особенно те из них, которые имели некоторое понятие о тактике или стратегии, предусмотрительно обзавелись союзниками из числа слуагов. Тем не менее, в большинстве своем, политические процессы после Войны Соответствия проходили без участия ползунов, если, конечно же, дипломатам-троллям не требовалось подтверждение какого-либо неприятного факта.
Когда в Конкордии наконец-то наступил мир, то для слуагов это имело гораздо меньшее значение, чем для представителей многих других китов. В конце концов, это был мир для армии простолюдинов - а многие представители этой армии считали бы себя опозоренными в том случае, если бы им когда-либо пришлось признать то, что им нужна была помощь слуагов.

29

Наши Дни

Как ни странно, но несмотря на свою безрадостную натуру (и еще более мрачную репутацию), большинство слуагов в тайне принадлежит к той фракции фей, которая считает, что новая Весна непременно преодолеет грядущую Зиму. Это объясняет их яростное стремление к знаниям; собирая и разгадывая тайны они стараются сделать все для того, чтобы старые истории и легенды пережили приближающуюся бурю. Когда наступит новая Весна, гримуары и дневники слуагов будут скрывать в себе все те тайны, которые понадобятся феям этой новой эры и, в некоторой степени, воспоминания слуагов будут жить даже после того, как от них самих не останется ни следа.
Обратной стороной этого отчаянного желания позаботиться о грядущих поколениях является укоренившаяся в сердцах слуагов вера в то, что очень немногие, если вообще кто-либо из их числа, сумеют пережить наступающую Зиму. Грядущие дни будут подвластны грубой силе, а не хитрости, и потому большинство слуагов не верит, что им удастся дожить до новой Весны. В результате этого, обсуждение перспектив, которые несет с собой будущая Зима, со слуагами, считается ужасающим моветоном, и даже сами представители этого кита стараются упоминать о ней только мимоходом или посредством эвфемизмов.

30

Слуаги: О себе и о Других

Всем известно о том, кто такие слуаги. Это отвратительные, вонючие, скользкие и скрытные умники, которые всегда знают все обо всех. Они шпионят за представителями других китов, устраивают запретные празднества в запутанных лабиринтах, расположенных глубоко под землей, и, время от времени, приносят Детей в жертву тем темным силам, которым они поклоняются. Они так же поедают пауков и жаб, ненавидят солнечный свет и всех остальных Китэйнов, а доверять им столь же разумно, как надеяться на то, что богган сможет победить тролля в кулачном бою.
Конечно же, никто и никогда не видел ни одного из этих отвратительных ритуалов (или же, хотя бы, лабиринта туннелей с красующейся на входе табличкой "это построили слуаги"). Никто и никогда не видел, чтобы кто-либо из слуагов проводил какие-либо жертвоприношения, причем как в отношении фей, так и в отношении людей. Большинство слуагов (и это признают даже самые ярые их недоброжелатели) ведет себя безукоризненно, пускай даже и несколько мрачно, следуя при этом всем нормам, принятым в обществе фей. Несмотря на тот факт, что их предпочтения в отношении вина и чая вызывают отвращение у представителей других китов, эти жидкости, в большинстве своем, употребляют сторожевые пауки слуагов (если, конечно же, не считать некоторых разновидностей колдовства, требующих употребления их самими слуагами), а что же касается жаб, то, на самом деле, некоторые из народов Земли уже достаточно давно столкнулись с тем, что лягушачьи лапки в плане вкусовых качестве практически ничем не уступают куриным окорочкам.

Свернутый текст

Так что же тогда остается? Не так уж и много. На самом деле, если бы кто-то попытался внимательно проверить все те обвинения, которые обрушивались на слуагов на протяжении всех этих лет, то он бы обнаружил, что практически ни одно из них не сопровождалось какими-либо доказательствами.
Есть ли тогда что-либо, о чем можно говорить с уверенностью? Да, есть. Слуаги являются странными. Они по праву можно назвать зловещими. Скрытными. Выделяющимися из любой толпы.
Представителям всех остальных китов это не нравится и, наверное, у них есть на то основания. Но, в силу отсутствия какой-либо основы для этих страхов, они создают ее сами, используя для этого свои фантазии и наполовину забытые кошмары. Образ слуагов, воплощающих в себе нечто темное и зловещее, существовал уже слишком долго - во всяком случае, в головах представителей других китов. (Что же касается человечества, то в разумах его представителей сама сущность слуагства сформировалась практически так же давно, и никакая клевета из уст чрезмерно болтливых Ши не сможет изменить это).
Как бы то ни было, все обстоит именно так. Классический слуаг является подлым, хищным, злобным и пугающим. Это ложь, в которую верят практически все Китэйны.
Вам кажется, будто вы действительно что-то знаете об этом ките?
Слуагам нет до этого абсолютно никакого дела.


Вы здесь » Мир Тьмы: через тернии - к звёздам! » Феи » Киты. Слуаги (Sluagh)