Мир Тьмы: через тернии - к звёздам!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мир Тьмы: через тернии - к звёздам! » Оборотни » Потомки Фенрира (Бридбук)


Потомки Фенрира (Бридбук)

Сообщений 1 страница 30 из 65

1

поперто отсюда

2

Слабость Ули Сияющие Челюсти

Жил некогда сын Фенриса, который считал себя слабым.
Его звали Ули Сияющие Челюсти, но это имя он получил не от своих братьев и сестер по стае. Старейшины дали ему имя Сияющие Челюсти во время ритуала инициации, ибо, хотя и залитый кровью, он оставался красив и чист лицом.
Ули был воином, преданным своему племени и своей общине. Когда враги угрожали его дому, Ули сражался наравне со своими братьями и сестрами, круша нападающих, а когда старейшины посылали его стаю охотиться на порождения Вирма в их темных логовах, Ули был столь же свиреп, как любой из его товарищей. Он сражался во многих битвах, и ядовитая кровь врагов стекала по его когтям, но ни разу недруги не смогли оставить отметину на его лице, ибо он не получал ран, которые оставили бы шрамы. Его товарищи по стае посмеивались над этим, говоря, что его метко прозвали, и прославляли его умение.
Но, лежа ночами рядом со спящей женой, Ули Сияющие Челюсти не мог заснуть; устремив взор в темноту, он говорил себе: "Я слаб".
Вот что отравляло дни и ночи Ули Сияющие Челюсти. Когда его стая одерживала славную победу, Ули, вспоминая битву, думал, что его вклад в победу был наименьшим. Когда удар врага разрывал его плоть, Ули скрежетал зубами от боли и думал, что его товарищи менее чувствительны к ранам, чем он. Каждый день он находил что-нибудь, что убеждало его в том, что он недостаточно силен, и ночами не мог заснуть, размышляя о том, как скоро его слабость приведет к гибели его стаю, а то и всю общину.
Наконец, Ули решил, что с этим пора что-то делать. Он предстал перед Ярлом и приветствовал его, как должно, и сказал: "Вождь, я не столь силен, как ожидает от нас Великий Фенрис. В глубине души я чувствую, что подведу тебя в час великой нужды, и я не могу жить с этим знанием. Я прошу тебя позволить мне уйти в мир духов, где я смогу бороться с собой и вырвать слабость из своего сердца".

Читать дальше|Убрать

Ярл нахмурился: "Идти в Умбру одному, без стаи? Ты уверен, что это ТВОЯ мысль, Ули Сияющие Челюсти?"
"Да. В стае я полагаюсь на силу своих товарищей, и моя слабость скрывается от меня. Без моей стаи она станет сильнее и храбрее, и тогда я смогу встретиться с ней лицом к лицу и убить".
Ярл зарычал и недовольно пошевелился на троне, а затем поискал взглядом старую мудрую шаманку, которая присутствовала здесь же. Старейшина, рожденная под серпом луны, что-то пробормотала, потерла ожерелье из рун, обвивающее ее шею, и, наконец, кивнула. "Да будет так", - прогремел Ярл. "Даю тебе лунный месяц срока, чтобы разобраться в себе, Ули Сияющие Челюсти, хотя ты единственный, кто считает, что твоя беда столь велика. Отправляйся завтра, в ночь новолуния, и возвращайся прежде, чем луна станет новой опять".
Ули опустился на колени и склонил голову, а затем вернулся домой, к своей семье. Он поел с ними и поборолся с детьми, но не стал обременять их известиями, ибо Фенрир никогда так не поступают. Ночью он прошептал жене на ухо: "Я снова должен идти", и она не стала тратить слов, а вместо этого попрощалась с ним так, как жена прощается с мужем.
На следующий день он приготовился к путешествию, собирая те немногие вещи, в которых он будет нуждаться, но не сможет найти в дороге. Он в последний раз поел со своей семьей и вышел за порог, но его жена и дети вышли следом за ним. "Муж мой, где твоя стая?", - спросила жена. "Почему они не встречают тебя здесь?". Сердце Ули сжалось от боли, но он ответил: "Я иду в мир духов один, без стаи". "Но почему?", - прошептала жена. "Ты никогда не поступал так раньше, ведь твоя стая сильна". "Прости меня, жена моя, мать моих детей, но я должен покинуть тебя, потому что я слаб".
"Кто сказал такое?", - выпалила его жена. "Кто посмел так солгать? Муж, ты должен поймать того, кто оклеветал тебя, и содрать с него кожу".
"Это не клевета", - сказал Ули жене. "Это не ложь. Моя слабость существует, и я чувствую, как она грызет меня изнутри днем и ночью. Я должен идти в мир духов, где все обретает плоть, и, если мне повезет, я найду там свою слабость и убью ее. Тогда я смогу вернуться домой и стать мужем, которым ты будешь гордиться".
Слезы струились по лицу жены Ули и прожигали снег там, куда падали. Она до крови прокусила губу, но ничего не сказала, ибо не должно кинфолку задавать вопросы одному из Фенрир, даже своему супругу. Ули поцеловал жену, и ее горячие слезы оставались на его щеках, пока он целовал на прощание детей, а затем повернулся и пошел по дороге, не оглядываясь.
Возможно, Ули Сияющие Челюсти точно знал, когда перешел в мир духов, возможно, он настолько ушел в свои мысли, что не заметил границы. Но под неверным светом безлунного неба он перепрыгнул ручей и продолжил свой путь по другому миру. Он долго шел по обиталищу духов, затем остановился на холме и оглядел окрестности, докуда доставал взгляд; он прислушался - и не услышал ничего. "Мне предстоит еще долгий путь", - сказал себе Ули и спустился с холма.
Ули шел несколько дней, утоляя жажду из чистых родников мира духов, ибо то было время, когда искажение еще не господствовало повсюду. Он питался дичью, которую ловил, и оставался здоровым, ведь духи животных насыщали его тело, тоже ставшее духом. Время от времени он останавливался под деревом или на холме и прислушивался, но не слышал ничего.
Но вот он дошел до развилки. Тропа, что уходила вправо, была полна светом Луны, которым сиял каждый камень. Тропа, ведущая влево, была темнее и полна теней, она извивалась, теряясь в дымке, и Ули не мог сказать, где она закончится. Ули выбрал левую тропу, и почти сразу понял, что сделал правильный выбор. Скоро он потерял из виду развилку, впереди и позади него залег мутный туман, и он сказал себе: "Теперь моя слабость обязательно найдет меня на этой дороге". Он отправился дальше и уже не так часто останавливался, чтобы прислушаться.
Конечно же, собственные слабости - не единственное, что может поджидать путешественника на подобной дороге. Чем дальше Ули уходил по тропе, тем заметнее деревья и кусты, пробившиеся сквозь камни, теряли зеленый окрас. Многие из них были мертвы, но не отравлены или поражены молнией, а словно бы просто потеряли желание жить. Это передалось Ули, и он почувствовал сомнение, так как любой из Фенрир опасается потерять волю к жизни, или, что еще хуже, умереть без пользы.
Когда Ули ненадолго прервал свой путь, чтобы осмотреть одно из таких деревьев, и подумал, не придется ли ему самому умереть так же, нечто вынырнуло из темноты под корнями и попыталось вцепиться в него. Это была ползучая тварь, дрожащая и влажная, словно только что вылупилась из некоего омерзительного яйца или прогнившего плода. Она не могла говорить - только издавала крысиный визг, полный затаенной боли и страдания. Ули заметил ее и отпрыгнул назад, и вдруг понял, что это. Эта тварь питалась страхом, который он чувствовал, когда смотрел на деревья. Он сам привлек ее внимание.
Ули перекинулся в боевую форму, ухватил тварь когтями и разорвал пополам. В ее прерывающемся от боли предсмертном визге он смутно ощутил смесь жажды мести и облегчения. Ули отбросил обе половинки твари и сказал себе: "Это хилое создание не может быть моей слабостью. Это был один из паразитов Врага". Но даже самые последние из слуг Вирма способны научить верных путешествовать стаями.
Они появились из теней и щелей между камнями, все разом наскакивая и наползая на Ули. В их глазах не было ничего человеческого или звериного, лишь пылающий голод, который могли утолить страдания Ули. Они выискивали боль, жалость, страх, ненависть - все эмоции, способные насытить их. Ули знал, что не смог бы спастись от столь многих, но он чувствовал сильнейшее отвращение к мерзким тварям и не собирался оставлять их в живых.
Ули Сияющие Челюсти не был вооружен. У него не было оружия, что передается, как семейная реликвия, а обычный меч или топор менее полезен, чем собственные когти и клыки. Но против столь многих когти и клыки были не столь хороши. Он отпрыгнул с тропы туда, где стояло одно из мертвых деревьев, и, воззвав к мощи Фенриса, вырвал его из земли. Теперь он был действительно хорошо вооружен. Каждый взмах новой дубины Ули сбивал множество крылатых бэйнов на землю, каждый удар по земле превращал в желе нескольких ползучих тварей. Он метался по сторонам с деревом в руках, размахивая им направо и налево, до тех пор, пока те враги, что не полегли в бою, не улетели прочь. Тогда Ули взял огромный круглый камень и прокатил его по бэйнам, лежащим на земле, и вскоре от них осталась лишь лужи мерзкой жижи. Затем он прошел по тропе на расстояние броска молота, сел на камень и отдохнул. В наступившей тишине он прислушался и кое-что услышал. Он услышал мягкие шаги существа, крадущегося вдалеке то на двух, то на четырех ногах. Ули пошел дальше.
Чем дальше шел Ули, тем больше и острее становились камни, окружающие тропу, а деревья и кусты встречались все реже. Огромные тучи заслоняли свет Луны, и путь Ули освещался не серебристым, а тускнеюще - серым светом. Но сама тропа оставалась ровной - по ней было легко идти, так как она вела слегка под уклон в дымку. Ули отмечал каждую веху пути, проходя мимо, и спал настороженно, но ползучие твари, что живут в глубинах теней, не тревожили его. Наконец, в сумерках, предрассветных или вечерних, Ули подошел к огромному дереву. Оно проросло на скале размером с корабль, глубоко вонзив корни в серый камень. Стой оно прямо, оно было бы высоким, но оно было скрюченным и горбатым и лишенным листьев. Но, несмотря на все это, дерево было сильным, как любой живой дуб, ибо оно впитало в себя силу камня и сделало ее своей силой.
На ветвях дерева сидели два ворона, каждый размером с собаку. Ули знал законы мира духов - это не могло быть случайностью. Ули подошел к дереву и уважительно склонил голову. Ворон, сидящий слева, заговорил, и его голос напоминал треск сосулек, падающих на камень. "Куда ты идешь, Ули Сияющие Челюсти? Ты зашел далеко от дома".
"Я кое-что ищу", - ответил Ули.
Заговорил ворон справа, и его голос был словно трепетание листьев на холодном ветру. "Так что же ты ищешь? Должно быть, нечто важное?".
Ули не было дела до воронов, но он помнил старые соглашения между Фенрисом и Храфном и к тому же знал, что если он не расскажет им все откровенно, они будут докучать ему, куда бы он не пошел, пока не удовольствуются тем, что узнали - такова натура воронов.
"Я ищу свою слабость". Оба ворона коротко хихикнули.
"Тогда неудивительно, что ты ушел из племени", - сказал тот, что слева. "Они идут от своей слабости к силе".
"Но, возможно, ты поступаешь правильно", - произнес ворон справа. "Если ты принес свою слабость с собой и не оставил ее в материальном мире, то возможно здесь ты сумеешь убежать от нее".
"Я не какой-нибудь трусливый шакал, чтобы бегать от своей слабости", рыкнул Ули. "Я собираюсь найти ее здесь и убить". Вороны рассмеялись, и их смех напомнил Ули хруст дробящихся костей.
"Ты думаешь, это будет легко?", - прокудахтал левый. "Здесь ты не сильнее, чем прежде".
"Если бы ты мог победить свою слабость силой, ты бы сделал это давным-давно", - вкрадчиво промурлыкал правый. "Тебе нужно нечто другое, чтобы превозмочь себя, тебе нужна мудрость". "Если пожелаешь, Ули Сияющие Челюсти, мы поделимся с тобой нашими секретами". Вороны, нахохлившись, стали переминаться с ноги на ногу на ветвях. Ули взглянул на них, и кровь Фенриса полыхнула в его взгляде.
"Зачем вы ждете моего согласия, чтобы дать совет? Разве вы не щедрые дети Храфна, вольные распоряжаться своими тайнами?"
Ворон слева пробормотал что-то, ворон справа промолчал. Затем они заговорили, то отрывисто, то мягко.
"Есть цена"
"Есть закон"
Ули ничего не сказал.
"Подвесь себя на этом дереве", - тихо пропел ворон слева, полузакрыв глаза. "Подвесь себя здесь".
"Мы усядемся рядом и будем клевать твою плоть, а взамен расскажем тебе о многом ", - прошипел ворон справа.
"Ты станешь мудрее"
"Ты станешь сильнее"
Зеленый огонь, холодный, как дно заброшенного пруда, блестел в их глазах. Ули Сияющие Челюсти зарычал, и ярость пробудилась в нем. "Вы не вороны!", - воскликнул он.
"Конечно же, мы вороны", - ухмыльнулся ворон слева. "Мы приносим мудрость"
"Мы просто обязаны быть воронами, мы узнаем наши секреты от мертвых", - кивнул головой ворон справа.
"У Одина тоже были создания, которых он звал воронами", - низким, суровым голосом произнес Ули. "Я узнал вас"
"Я так не думаю", - протянул ворон слева, и глаза его мерцали, словно изумруды, вмерзшие в лед.
"Ты знаешь имена наших предков", - усмехнулся ворон справа, щелкая клювом.
"Мы их потомки"
"Мы их наследники"
Оба ворона прыгнули вперед, распушив перья, и стали размером почти с Hispo.
"Вы омерзительные изменники и пожиратели трупов, крылатая падаль. Вы безродные, отвергнутые Храфном. Вы из тех птиц, что побираются в тени Змея" - проревел Ули.
"Мы те, кто мы есть, Ули Сияющие Челюсти. Мы - твоя судьба"
Они бросились на него с дерева, быстрые, как стрелы. Ули перекинулся в боевую форму в мгновение ока, но они распороли ему кожу ударами крыльев с острыми, как лезвия, перьями. Ули пытался схватить их, но они были быстрее любой обыкновенной птицы, и его когти и клыки напрасно рвали воздух. Они вновь зловеще рассмеялись, кружа над ним, и, смеясь, снова нырнули вниз, и еще больше крови заструилось по его рукам и ногам. Вороны продолжали хохотать, в третий раз падая на Ули, и тут его лапы сомкнулись на шее первого. Ворон бил крыльями, более мощными, чем копыта огромного коня, его перья сдирали куски плоти, вновь полилась кровь, но Ули не выпустил его. Он попытался воззвать к своему брату, но железная хватка Ули сдавила ему горло, и он ничего не смог сделать. Тогда второй ворон ринулся на Ули, подобно молнии, ударяющей в гору. Но, как молния не способна свалить гору, так ворону не удалось свалить потомка Фенриса. Его клюв глубоко вонзился в плечо Ули, но тот дотянулся второй рукой и схватил врага за шею. Второй ворон тоже бил его могучими крыльями и полосовал кинжалами перьев, но Ули не выпустил его. Он шагнул к скале, на которой росло дерево, и размозжил об нее головы воронов, расколов черепа и выплеснув мозг. Затем он повесил трупы воронов на дерево и заторопился дальше, и, хотя он ничего не видел, но слышал легкие шаги, сопровождающие его.
Больше ему не попадалось ни деревьев, ни кустов, ни духов животных - ничего, что было бы живо. Ули с осторожностью пил из ручьев, что струились между камнями, но вода была безвкусной и не такой, как обычно, будто должна была горчить, но горечь потеряла силу. Все же он шел вперед: если бы он повернул назад, то, что преследовало его, могло бы сбежать. Вместо этого Ули шел вперед, надеясь, что его преследователь станет храбрее.
Чем дальше он шел, тем заметнее все окружающее теряло краски. Поэтому он удивился, когда дошел до двух колонн по обеим сторонам тропы, и увидел двух черных волков с желтыми глазами, сидящих под ними. Волки встали и оглядели Ули, не поднимая загривков. Ули сперва хотел поприветствовать их, будучи чужим здесь, но слишком свежи были воспоминания о фальшивых воронах, и он посмотрел им в глаза, не опуская взгляд.
"Ни мужчина, ни женщина, ни волк и ни дух не пойдут по этой дороге, если они не ищут своей погибели", - одновременно проговорили волки. "Ты тоже пришел за этим?"
"Да, я ищу свою судьбу", - сказал волкам Ули. "Но я не собираюсь покоряться ей. Я иду по этой тропе, чтобы моя судьба догнала меня, чтобы мы сразились и узнали, кто из нас сильнее"
"Смелые слова", - сказали двое. "Возможно, эта дорога не для тебя. За этими вратами тебя не ожидает ничего, кроме бесславной гибели, но и тропа, ведущая обратно к землям, полным лунного света, не приведет тебя к твоей судьбе. То, что ты ищешь, лежит на третьем пути, что начинается здесь ". Ули огляделся. "Я не вижу третьего пути".
"Ты и не увидишь", - расхохотались волки, и их голоса прозвучали криками стервятника. "Когда-то мы сами прошли этой тропой, и мы с легкостью покажем тебе путь. Это будет честью для нас, Ули Сияющие Челюсти".
"Разве вы не должны стеречь эту тропу и предупреждать путников?"
"Тропа сама присмотрит за собой", - ответили они. "Мы ждали тебя".
Ули посмотрел на них, и на какой-то миг ему показалось, что их шкура стала серой, как у чистокровных детей Фенриса, но тут же отблеск пропал, уничтоженный чернотой меха, и в этот момент Ули понял, кто они.
"И раньше были хранители врат, отринувшие свои обязанности, и были падшие Фенрир ", - прорычал Ули.
Волки встали на задние лапы, перекинувшись в боевую форму. "Ты пропах кровью нашей семьи, Ули Сияющие Челюсти. Ты бросил раздробленные кости наших сестер на дороге и повесил тела наших братьев на их же дереве, и теперь ты поплатишься за это". В ответ Ули перекинулся тоже и прорычал вызов на бой.
Двое ударили одновременно. Может, они были братьями, а может просто научились дисциплине, но они отлично работали в паре. Когда Ули кидался на одного, тот резко отпрыгивал, а когти второго раздирали Ули спину. Вскоре из многих ран Ули текла кровь, хранители врат смеялись, и Ули понял, что так ему никогда не победить.
Тогда он прыгнул так далеко, как мог, и оставил их по одну сторону от себя. Когда они повернулись, чтобы преследовать его, Ули забежал за одну из колонн. Один из падших оборотней стал обегать колонну слева, другой справа, чтобы не дать Ули скрыться, и в этом была их ошибка. Ули не стал убегать, вместо этого он остановился и занялся тем волком, который был справа. К тому времени, как его брат полностью обогнул колонну, было слишком поздно - Ули разорвал ему горло. Увидев Ули над трупом брата, черный волк закричал и бросился на него, лязгая челюстями, с которых клочьями летела пена. Но теперь схватка была чистым безумием - падший вервольф против одного из детей Фенриса. Хранитель врат несколько раз задел Ули, но не достал ни до кости, ни до артерии, а затем Ули схватил его руками за челюсти и разорвал.
Когда все было кончено, Ули Сияющие Челюсти укрепил череп каждого оборотня на колонне, которую тот охранял, и устремился дальше, и, хотя он по-прежнему не видел никого, то существо, что следовало за ним, казалось, приблизилось.
Раны Ули Сияющие Челюсти еще не зажили, когда он дошел до конца тропы. Мгла и тени сгустились еще сильнее и полностью скрыли луну. Это был не кромешный мрак, а сплошная дымка. Камни, мимо которых проходил Ули, были бесцветными: серыми их можно было назвать лишь потому, что никакое другое слово не подходило ближе. И единственным, что выделялось среди этой унылой бесцветности, был разрыв в ткани земли, в самой основе мира духов, пропасть, уходящая за горизонт, чернее, чем пустота между звездами. Ули Сияющие Челюсти стоял на краю провала, пролегшего через мир духов, и понимал, что достиг конца пути.
В Бездне сила обращается слабостью. В Бездне слабость и отчаяние набирают силу и способны победить даже храбрейшего из Гару. Здесь слабость Ули Сияющие Челюсти наверняка должна быть на пике силы, и если она собиралась проявить себя, она должна была сделать это. И в то время как Ули Сияющие Челюсти смотрел в черноту, что залегла внизу, в сердце мира духов, он услышал позади себя шаги, близкие, как рука друга. Он услышал дыхание, вырывающееся из невидимой глотки, и понял, что его слабость пришла за ним. И, хотя это было труднее всего, что ему когда-либо приходилось совершать, он выпрямился и обернулся, чтобы встретиться с ней лицом к лицу…
Перед ним предстал сам Великий Фенрис.
Ни в мире живых, ни в мире духов, ни в любом другом мире никогда не было и не будет волка столь огромного, столь сильного, столь ужасающего, как Великий Фенрис. Когда он распахивает пасть, чтобы пожрать своих врагов, всадник вместе с конем может въехать в его глотку, не склоняя головы. Его глаза полыхают желтым огнем новорожденных солнц, его шкура сера, как отчаяние, и настолько же тверже железа, насколько железо тверже стекла. Когда он обходит границы своих владений, его когти оставляют в прочнейшем камне борозды глубиной в средний палец человека. Когда Великий Фенрис изливает небесам свой гнев, звезды трясутся и хнычут от ужаса. Он - Воплощенная Ярость, Первый Волк, тот, кто зубами ловит кометы и пожирает их кровоточащими. Вот кто предстал теперь перед Ули Сияющие Челюсти. Он заговорил леденящим душу голосом, чеканя каждое слово чудовищными челюстями.
"Зачем ты здесь, Ули Сияющие Челюсти?"
"О Великий Фенрис, я здесь потому, что я боюсь своей слабости. Я прошел через эти земли, разыскивая ее, чтобы дать ей выйти на мой след, а затем поймать ее и разорвать на части, чтобы вновь быть достойным тебя".
Великий Фенрис стоял неподвижно, но в горле его клокотал гром.
"Ты знаешь, что я способен за ложной силой узреть глубинные слабости?"
"Да, Великий Фенрис"
"Ты хочешь, чтобы я указал тебе, где гнездится твоя слабость?", - прогрохотал Великий Волк.
Ули задрожал от ужаса, но слова, которые он произнес, шли от самого сердца. "Да, хочу, Великий Фенрис"
Глаза Великого Фенриса полыхнули, его голова подалась вперед, и Ули ощутил в груди боль тысяч ран. Его ребра сломались, словно сухие ветки, и кровь хлынула из груди, орошая камни Бездны. Великий Фенрис воздел морду, влажную от крови Ули Сияющие Челюсти, и выплюнул что-то на землю. Хотя каждый нерв тела умолял Ули упасть и умереть, чтобы прекратить пытку болью, Ули остался стоять и посмотрел вниз, на свое собственное сердце.
"ВОТ где твоя слабость. Она таится в твоем сердце, и это слабость, которую я презираю. Это Сомнение, столь ослабляющий недостаток, что оно привело тебя искать МОЕГО суда, как будто можно предположить, что я назвал бы слабого своим сыном. Изъян твоего духа навлек позор на твою общину, на твою семью и на МЕНЯ". Даже в мутном свете Бездны зубы Великого Фенриса сияли окровавленными клинками. "Что ты можешь сказать в свое оправдание, Ули Сияющие Челюсти?"
Хотя его сердце лежало перед ним на земле, а грудная клетка была разворочена, Ули нашел слова: "Я…я стыжусь себя, Великий Фенрис". Каждый вздох причинял новую боль, но Ули продолжал: "Я…я судил о себе… по меркам своих страхов…не по меркам стаи…и моего племени…я думал плохо о себе…а значит…и о тех…кто считал меня сильным…у меня…не хватило…должной гордости…я…не был…горд…тем…что я…Фенрир".
Великий Фенрис низко и глухо зарычал, и его глаза продолжали гореть яростным огнем, но он не обнажил клыки.
"Возьми свое сердце, Ули Сияющие Челюсти. Вкуси его. Познай себя".
И он развернулся и ушел, скрывшись в сумерках Бездны.
Теряя зрение, Ули слепо рухнул на землю, в теплую влагу собственной крови. Пальцы его сомкнулись на еще бьющемся сердце. Он поднес его ко рту и ощутил дурноту и одновременно голод от запаха крови. Он впился зубами в сердце и в три укуса съел его, и тогда силы вернулись к нему.
Ули вернулся к своим вечером в новолуние. Он склонился перед Ярлом и поведал ему рассказ о своем прошлом стыде и новообретенной гордости. Он повинился перед стаей за недоверие к ним, и те, громко возмущаясь, поколотили его, и он ушел от них, смеясь. Он вернулся домой к жене и не сказал ни слова, да и не нужны были слова. На груди Ули навсегда остался шрам, и он бы почувствовал себя опозоренным и обесчещенным, если бы тот исчез.
Ули Шрам-на-Сердце жил как истинный воин до конца своих дней, и принял лучшую смерть, которую только может желать Фенрир. В одной из его дочерей проявилась кровь Гару, и она стала хорошим Скальдом, гордостью своего народа. И когда она бродила среди Гару других племен, она с гордостью говорила, что ни один из избранных Великим Фенрисом не может быть слаб, даже если он настолько глуп, чтобы думать иначе.

3

Голоса грома

В северных землях много легенд. Есть легенды о сотворении земли и неба, в которых повествуется о том, как отцы богов убили великана Имира и создали мир из его останков, есть легенды о созидании ныне живущего и пророчества о гибели созданного. Только религия, рожденная в пустыне, может представить гибель мира в огне, дождь раскаленной серы и ярость небес. В северных землях, холодных и блеклых, полгода лежащих под властью ночи, существование мира завершается вечным льдом, непроглядной тьмой и мертвящим холодом.
Но есть и другие легенды. Сквозь пучины времени в памяти людской живут легенды о богах и демонах, о людях и колдунах, саги о чудесах и славе, о горести и боли.
Люди говорят, что в начале начал, до мира людей и богов, в Великой Пустоте Гиннунгагап возник источник. Этот источник, Хвергелмир, образовал туманную дымку, которая в свой черед превратилась в морозный и мрачный мир Нильфхейм, который стал первичным остовом существования. Из источника Хвергелмир по Нильфхейму потекли одиннадцать рек, Эливагар. Время шло, воды Эливагар протекали по Нильфхейму и низвергались в северную часть Пустоты Гиннунгагап. Вода замерзала, образуя в Пустоте огромные пласты льда. Горячий воздух знойного выжженного мира Муспелль растопил часть льда, талая вода стала океаном, и, как считают люди Севера, так зародилась жизнь. Первым живым существом стал ледяной великан Имир, состоявший из снега и льда, и люди клянутся, что из его тела были созданы Ётун, бог и человек. Лишь Фенрир знают истину.
Хотя Фенрир почитается самым могучим племенем Гару, его история несколько озадачивает. Многие образованные Гару - homid недоумевают, как племя столь гордое и уверенное в себе может возводить свою родословную к величайшему врагу человечества, рожденному полусобакой, потомком Ётунов, слуг Вирма, и еще похваляться этим. Но они не способны понять, что история Фенрир - нечто большее, чем человеческие сказки и верования. И, что гораздо более важно, сам Великий Фенрис - не просто образ из людского предания о волке, обреченном ждать в цепях до Рагнарека, чтобы убить Одина и быть убитым Видаром.
Слушайте же, волчата, лучших Скальдов общины, которые расскажут вам историю нашего народа.

4

Разговор о Фенрисе

(рассказано Кристером Голосом Фей, галлиардом Фенрир)
Внемлите мне, о дети. Мое имя Кристер Голос Фей, Скальд Фенрир, и сейчас я поведаю вам древнейшую историю Фенрир, величайшего и сильнейшего из шестнадцати племен Гару. Ибо мы - истинные Воины Гайи, защитники мира, и наши сказания не поведают о примирениях и подчинении сварливым богам, о нет, дети мои! Все началось так давно, что не осталось с тех времен никаких письменных свидетельств о том, как это было. Без сомнения вы слышали истории о том, как возник наш род, или как Мать Гайя создала Гару для защиты мира. Так вот, сейчас разговор пойдет не о Гару. Сейчас я буду говорить о Фенрир: это сказание о славе и силе, о чести и доблести, о приключениях и завоеваниях…о мучениях и скорби. Это - история нашего племени.

5

Времена легенд

Возможно, вы думаете, что Великий Фенрис - могущественный дух волка, покровитель нашего племени и слуга Матери Гайи, но это не так. Превозносимый Отец Волков есть не кто иной, как наш предок, прародитель нашего гордого племени. Он был одним из Первых, шестнадцати оборотней волков, созданных Гайей для защиты своих созданий, чтобы вести войну против сил бессмысленного Хаоса и Разрушения, и уничтожить Вирма и его слуг. Я вижу блеск любопытства в глазах и умное выражение на лицах некоторых из вас. Несомненно, вы уже слышали эту историю несколько раз в различных формах. Но известно ли вам, что то, что я рассказываю сейчас, передается из поколения в поколение лучшими Скальдами племени? Ежели у вас есть сомнения в достоверности этой истории или же остроумные вопросы к деталям, возможно, как-нибудь после ритуала инициации мы встретимся с вами и сравним сказания. А пока сидите тихо и не мешайте мне говорить, иначе мой гнев будет ужасен!

6

Фенрис: волк или оборотень?

По очевидным причинам среди Фенрир нет единого мнения о том, был ли Фенрис Гару или "просто" величайшим волком-прародителем племени. У Фенрир, как и у других племен, существует не одна легенда о возникновении племени, но история о Великом Фенрисе как первом из племени встречается наиболее часто. Для некоторых это наиболее понятное объяснение; другие считают, что это принижает Фенриса, делая его излишне похожим на его детей, более понятным для них. Это камень преткновения между некоторыми Фенрир, но разногласие не дотягивает до уровня ереси. Тем не менее, так как Фенрир известны тем, что подкрепляют свое мнение физическими аргументами, вопрос вызвал достаточное количество поединков. Казалось бы, самое простое решение - спросить у самого Великого Фенриса, но ни один самый могучий теург никогда этого не делал. С одной стороны, столь могучие духи обычно включают в себя несколько ипостасей. Фенрис может быть одновременно тотемом войны и предком-Гару, так же как крыса - одновременно тотем войны, богиня плодородия, дух болезней и дух выживания. Если он - и тот, и другой, зачем спрашивать его о том, кто он из них? С другой стороны, как племенной тотем и Инкарна, Великий Фенрис гораздо более могущественен, чем в те времена, когда он свободно бродил по земле, и спрашивать его о его "слабом" я может быть оскорбительным. И, наконец, большинство старейших теургов Фенрир получили свой высокий ранг, концентрируясь на конкретных проблемах; загадки генеалогии могут быть интересными, но если уж теургу пришлось просить совета у самого Фенриса, глупо спрашивать его о чем-то тривиальном. В любом случае, если бы это действительно имело значение, Фенрис бы сам прояснил этот вопрос давным-давно.

7

О человеке и волке

Великий Фенрис жил ради охоты, боя и служения Гайе; это был его долг перед лицом Матери. Ни один Гару не был столь полон ярости, как Фенрис, и ни один из тех, кто жил после, не был столь славен. Он был сильнейшим бойцом Первой Стаи и никто не мог оспорить его лидерство в боях с Ётуном Вирмом. Он сражался с невероятной свирепостью, невообразимым умением и с силой, столь же легендарной, как само его имя. В те времена другие Гару Первой Стаи признавали его своим вожаком; лишь гораздо позже Серебряные Клыки стали лидерами нашей нации. Во многих битвах против растущей силы Вирма участвовала Первая Стая, и многие из них порождали новых Гару, чтобы те сражались с ними бок о бок, но не Великий Фенрис. В то время как другие Гару Первой Стаи выбирали себе каких угодно женщин ради удовольствия, Великий Фенрис, хотя и вольный выбрать любую человеческую женщину и любую самку волков, чувствовал, что нет еще подруги, достойной его. Его сердцу были дороги сила и честь, и он видел, что люди, которых он защищал, слабы и хилы, а волки слишком хитры и бесчестны. Он искал подругу, сильную духом и телом и чистую сердцем, так пылающую огнем небес, что он узнал бы ее из сотен.

Читать дальше|Убрать

Много лет провел Великий Фенрис в одиночестве, оттачивая свое мастерство и копя силу, пока другие Гару неразборчиво увеличивали число своих потомков. Он почти потерял надежду найти подругу, любимую, и посвятил все свое время и силы совершенствованию тела и духа в мастерстве боя. Его сердце изнывало, но рассудок не обращал внимания на боль, что росла в груди, ибо он знал, что тоска и жажда любви могут сделать его слабым и достойным жалости. Фенрис решил не беспокоиться о боли, забыть о ней и принять тот факт, что навсегда останется одинок. Но час настал, и в одной из самых славных битв против Ётунов Великий Фенрис мельком узрел необычайной красоты девушку, ведущую бойцов в атаку на фланг врага. Среди сотен соплеменников она сияла подобно звезде, сражаясь с невиданной доселе яростью. Ее стан изгибался, словно гибкий ствол молодого деревца, когда она вздымала тяжелый двусторонний топор, но ее сильные руки удерживали его с твердостью камня. Взмахами топора она повергала на землю толпы чудовищ, грива длинных сияющих волос танцевала на ветрах битвы, а свечение ее нежной кожи не было похоже ни на что, видимое Фенрисом раньше. Он почти позабыл о бое и чуть было не был ранен копейщиком Ётунов, но собрался с мыслями и убил врага. После этого он потерял девушку из виду и не видел ее больше в тот день. Неделями Великий Фенрис угрюмо рыскал в образе волка, отчаянно ища эту девушку. Он должен был проверить ее; если бы она оказалась столь же благородной, сколь прекрасной, она была бы той, кого он искал всю жизнь. Четыре долгих года он провел в поиске, прежде чем обнаружил ее родину. В те времена большинство людей жили в центре мира, но Фенрису пришлось уйти далеко от колыбели человечества, почти к самому краю мира. Он пришел в ледяные просторы Севера, где снег покрывает землю круглый год и свирепствуют жестокие холодные ветра. И там он нашел ее, королеву народа, который мы помним под именем Ванов. Он был удостоен приема и, склонившись перед ней, воздал ей хвалу и молил о любви, и просил ее стать его супругой. Королева Сигун была очарована столь могучим воином, но сказала, что она помолвлена с другим великим бойцом, властвующим над ее народом. Великий Фенрис был в ярости и заявил, что выйдет на бой с этим властителем за любовь Сигун. Королева изъявила согласие выйти замуж за победителя, если властитель примет вызов. Посланцы принесли слово согласия, и слуги начали подготовку к поединку. В первое мгновение Фенрис был ошеломлен, ведь противником, которому он бросил вызов, оказался древний ледяной великан. Но Великий Фенрис призвал на помощь всю свою силу, храбрость и смекалку, и сошелся с великаном не на жизнь, а на смерть. Долгим и трудным был бой, тяжелейший из поединков, в которых когда-либо сражался Фенрис, но не зря носил наш предок звание величайшего из живущих воинов. В конце концов он свернул шею великану, хотя даже его мощные лапы не могли обхватить ее полностью. Но цена победы была высока, и Фенрис упал без сознания на труп поверженного врага.
Очнувшись, он обнаружил, что сама Сигун ухаживает за ним. Сперва это рассердило его, ибо он не желал, чтобы с ним нянчились, как с каким-то человеческим детенышем. Сигун ответила, что он спас ее от жизни в супружестве с жестоким великаном, внушавшим ей отвращение, и что его мощь и непревзойденные боевые умения покорили ее сердце, и она полюбила его. Даже после этого Великий Фенрис устроил Сигун три испытания, и их до сих пор проводят наши старейшины для ищущих известности, и лишь для того, чтобы избрать тех немногих, кто поведет наше племя. Он должен был убедиться, что она воистину достойна его. И, как и предполагал Фенрис со дня встречи, она была более чем достойна. Сигун была само совершенство. Возрадовалось сердце Фенриса, ибо он нашел супругу. Много лет прожил Великий Фенрис со своей любимой, прежде чем вернуться к своим братьям и сестрам Первой Стаи, и с ним пришли три его сына: Рабъорн, Гарм и Фроде. Каждый из них был необычайно талантлив: Рабъорн унаследовал военные таланты отца, Гарм был непревзойденным скальдом, а Фроде был мудрейшим и справедливейшим. Так продолжился род Фенриса, и три его сына обладали тремя качествами настоящего воина: силой, понятием о чести и поэтическим даром. Что значит "зачем воину поэтический дар?!". Чтобы слагать саги о деяниях нашего племени, бестолковый щенок!

8

Ётуны

Кто же они, печально известные создания, которых мы помним как отродье гигантов и искаженных чудовищ? По правде говоря, люди не знают точно. Они просто не помнят. Фенрир же, наоборот, никогда не забудут.
"Ётуны были подземным народом, чьим домом служили горные норы. О них говорили как о созданиях Хаоса, принимающих разные формы и размеры, жестокосердных, готовых сожрать все, что способны прожевать их зубы. Они часто спускались с гор, совершая набеги на деревни и похищая женщин, и они воевали с Асами. Не все Ётуны были уродливы: некоторые, прекрасные лицом, владели способностью очаровывать других. Раньше жили и до сих пор живут люди с кровью Ётунов, полукровки вроде Локи Бродяшего-По-Небу. Но ни одному Фенрир никогда не позволяли жить с кровью Ётунов, текущей в венах. Когда мы впервые пришли в земли Севера, мы выяснили, что Ётуны уже мигрировали туда, ведь Великий Фенрис разгромил их проклятый Утгард. Они поселились в горах, разделяющих западное и восточное побережье Скандинавского полуострова, и те горы навсегда получили имя Ётунхейм. Неизвестно, как Ётуны связаны с Вирмом. Легенды называют их Воинством Хаоса, что парадоксально, учитывая, что Вирм не является хаотическим аспектом Триады. Тем не менее, они предавались бессмысленной жестокости и разрушениям и несли беспорядок во имя Вирма и часто носили символы Отца Разложения. Скальды Фианна говорят, что Ётуны пробрались и на их острова, хотя там их называли другим именем, которое вы наверняка узнаете - Фомориане. Есть некая связь между отродьями Вирма, которых мы зовем Фомори, и Ётунами, но вот какова она.…Этот секрет надежно укрыт, и только Тьма знает это наверняка.
Некоторые из нас считали Ётунов частью Творения в той же мере, что птиц и растения, так как, невзирая на их разрушительный образ жизни, они хотя бы инстинктивно понимали необходимость поддерживать равновесие в природе между разрушением и созиданием. У некоторых из них существовали даже намеки на честь! Возможно, поэтому наш народ не попытался уничтожить их сразу. Более чем вероятно, что они были потомками изначальных тварей Вирма, но наши предки позволили им жить. Наша первая крупная ошибка, которую мы больше не повторим.

Стефан Трубящий-В-Рог-Яллархорн, Галлиард Фенрир ".

9

Импергиум

Итак, Фенрис и его сыновья вернулись к Первой Стае и их потомкам, и сыновья и дочери Фенриса порождали новых отпрысков, и так Фенрир стали племенем. К тому времени люди стали селиться все на новых территориях, которые должны были охранять Гару. Мир менялся, я имею в виду, не только социально, но и географически. Это позволило людям путешествовать прочь от колыбели человечества, осваивая и заселяя новые земли. Это затрудняло задачу Гару охранять их, ведь на окраинах мира было множество опасностей, принимающих разные формы и обличия. Итак, я думаю, вы уже слышали об Импергиуме? Нет? Это было правление Гару, созданное для того, чтобы охранять людей как от внешних опасностей, так и от них самих. Чтобы осуществить это, мы принудили людей вернуться в свои селения и стали их господами. Среди всех народов мы свободно выбирали лучших представителей, и те стали племенными стадами, откуда брались супруги Гару; мы убивали тех, кто противился нам, и обращали в рабство остальных. Вот что я вам скажу: Гару других племен могут утверждать обратное, но Фенрир не сразу поддержали Импергиум. Как наш отец, мы верили, что супруг должен быть достойным и равным тебе; другие Гару могут измышлять набеги наших предков на человеческие поселения ради резни и насилия, но это бессмысленный разговор. Не говоря уже о том, что такие разговоры открывают наши сердца Врагу, ни один Фенрир не пожелает, чтобы его сыновей растила жертва. Истиный Фенрир желает, чтобы его сыновей воспитала его супруга, хозяйка его дома, госпожа его сердца. Конечно, поскольку наши требования были столь высоки, мы были не столь многочисленны, как другие племена. Да, каждый из нас стоил двух Гару одного с ним ранга, но так уж сложилось.
Итак. Другие племена провозгласили Импергиум, чтобы поддерживать и контролировать свой будущий кинфолк. Конечно, несправедливо будет только обвинять других; раз мы смотрели на это сквозь пальцы, мы получали те же преимущества, что и другие. Фенрир, как и другие, злоупотребляли властью, и вы видите, как из-за этого изменился мир. В отместку за шрамы, нанесенные нами, люди оставляют шрамы на теле Матери. Но сейчас нет больше времени для взаимных обвинений и печали - сейчас есть только битва со злом, которое породили деяния наших предков.

10

Война Ярости

Еще одна черная страница в истории нашего народа - Война Ярости. Если вы не слышали о ней, это была война против других Фера, других оборотней. Гару не единственные, или не были в свое время единственными Меняющими Форму детьми Матери. Сейчас мало кто выжил из остальных Фера. Одной из причин этого, опуская тот факт, что они были намного слабее нас, стало то, что они не были согласны с тем, что Гару предназначены управлять ими. Мы - Защитники Гайи, Ее безопасность в наших руках, и нам требовалась абсолютная лояльность, чтобы достойно защищать ее. Фера отказались подчиняться нам и постоянно что-то замышляли за нашей спиной, Гайя знает зачем. Разумеется, это разгневало нас, и хотя у нас, возможно, и не было права требовать подчинения, мы решили пойти на это. Необходимо отметить, что они могли ответить нам иначе, но в своей надменности и желании управлять всем и вся они выбрали противостояние. Война стала необходимостью. Разумеется, мы были сильнейшими и порвали их в клочья. Мы прикончили столько Фера, что до сих пор не знаем, сколько их было. Конечно, и наши ряды изрядно поредели, но это не могло сравниться с тем, что мы сотворили. Мы можем только склонить головы от стыда за худшее из деяний наших предков и надеяться, что выжившие Фера сделают то же. Несправедливо говорить, что виноваты лишь мы, и несправедливо вдвойне утверждать, что мы безвинны. Не было чести в том, чтобы уничтожать своих союзников. Это ослабило нас в борьбе с Вирмом, вот почему он стал столь силен сегодня - потому что они не последовали за нами, а мы выбрали неверный способ заставить их подчиниться.

11

Завоевание Севера

Вы думаете, что большие каэрны Европы и Америки внушительны и сильны? Они ничто, меньше чем ничто по сравнению с Хеймхаллой. Это величественное место, откуда вели врата в Умбру, располагалось в горной долине, среди гор, отделяющих Европу от Азии. Великий Фенрис привел свой народ от центра обитаемых земель в северные края снега и льда, где некогда прославляли Сигун, его любовь, а теперь правили Ётуны. Там он обнаружил, что Ётуны уничтожили королевство его супруги, и достойно отомстил им. Он разгромил королевство Ётунов Утгард и рассеял их войска, и в ознаменование победы создал огромную каэрну, названную Хеймхаллой, что стала домом нашего племени.
Хеймхалла - величайшая из каэрн, истинно достойная звания каэрны войны. Она была столь скрыта и столь защищена, что даже сам Локи Бродящий-По-Небу не мог обнаружить ее. В те дни она принимала под своим кровом все племя; не только потомков Тарджея Крепкая Власть или Оръяна Громящего Готов или другого прославленного Гару, но каждого из нас. Хеймхалла была нашим домом, вотчиной нашего племени. Немало искателей приключений отправлялись в путь в надежде найти эту древнюю цитадель, но до сих пор никому это не удавалось. Одна только концентрация энергии духов должна была бы позволить легко найти ее, но увы! Некоторые вервольфы утверждают, что Хеймхалла никогда не была ничем большим, чем миф, легенда, не имеющая воплощения; но если вам доведется побывать на Великом Собрании Племени в Упсале и вы почувствуете, как на церемонии открытия дух Великого Фенриса осеняет своим присутствием любого Фенрир, будь он из Монреаля, Барселоны или Копенгагена, вы познаете истину. Когда мы все как один воздаем хвалу Фенрису, она нисходит к нам.
Увы, Хеймхалла пала под натиском злейшего врага Фенриса. На Севере его называли Одином, на Юге Вотаном. Он был одним из Асов, богов Севера, о которых великий человеческий скальд Снорри Стурлусон говорил, что они пришли из Азии. Любопытное сходство, ибо наш народ тоже пришел из Африки в Сибирь через Азию. После падения Хеймхаллы Великий Фенрис большую часть времени находился в отражении Хеймхаллы в мире духов, но Гайя часто призывала его для тайных рейдов в глубины Умбры. Он часто уходил на годы, иногда позволяя славнейшим воинам присоединиться к нему, и они возвращались к нам с новостями и приказами. После того, как, пытаясь захватить и уничтожить Одина, Фенрис исчез в Умбре, наш народ откочевал к западу, в современную Скандинавию, более ласковую, хотя нам больше подходит суровый климат. Эта гористая земля была покрыта густыми лесами, и мы сочли эти земли нашим новым домом.

12

Гибель Хеймхаллы

Значит, ты хочешь услышать о гибели Хеймхаллы? Так слушай же.
Не один Скальд воспел деяния Великого Фенриса. Он был не просто первым воителем; он был величайшим воителем. Все остальные герои прошлых и нынешних времен – лишь бледные тени его мощи. Немало врагов было у Великого Волка, но никто не мог победить его в честном бою ни один на один, ни объединившись, ибо не было на свете силы, способной сокрушить Великого Фенриса и его детей – сильнейшее воинство этого мира.
Но и злейшие враги Фенриса были очень сильны. Наиболее могущественными среди них были Одноглазый Один, Великий Плут Локи и главарь Ётунов Утгард-Локи. Один был повелителем Вальхаллы и воевал с Утгард-Локи и его людьми. Локи, при всей своей бесчестности, был живым воплощением Рагабаша и постоянно стравливал обе стороны между собой, играя на слабостях врагов и союзников. Он был аморальным до мозга костей и мечтал о временах, когда будет управлять сильными и мудрыми, как марионетками. Вожак должен править стиснутым кулаком, а не легкими движениями пальцев. Локи был кровным братом Одина и родичем Утгард-Локи, поэтому был принят в обоих лагерях, но его никогда не допускали в Хеймхаллу, ибо его нечестивые поступки вызвали гнев Фенрир. В своей крепости на Вершине Погоды всего в дневном переходе от Хеймхаллы он плел паутину лжи и обмана, мечтая как отомстить Фенрису и его потомкам, так и получить власть над Вальхаллой и Утгардом. Хотя основная мощь Утгарда была сокрушена, подданные Утгард-Локи были рассеяны по свету, и, будучи объединенными, могли собрать целые орды Ётунов на погибель миру.

Читать дальше|Убрать

Итак, Локи поспешил к своему кровному брату, Одину из Асов, и попросил об аудиенции. Локи поведал ему лживые слухи о том, что Фенрир планируют завоевать Асгард и Утгард одновременно. Людские легенды утверждают, что Один отдал свою память и мысли двум воронам, Хугину и Мунину. Саги наши Скальдов гласят, что Один хранил свой рассудок и воспоминания раздельно, чтобы, будучи убитым, мочь возродиться в новом теле. У него действительно были фамильяры, и эти птицы (если их можно считать птицами) летали по всему свету и все, что узнавали, передавали своему хозяину. Один удивился, что не видел даже намеков на вторжение Фенрир, но Локи, пользуясь колдовскими трюками, соткал из воздуха картину того, как Фенрис со своими детьми обсуждал нападение. Разумеется, это была лживая иллюзия, но Один поверил и исполнился гневом. Он подскочил на троне и так ударил кулаком по подлокотнику, что от него откололся огромный кусок камня, который упал вниз и убил одного из его слуг. Он прошел по своим древним покоям, а за ним по пятам следовал лживый Локи. Один созвал храбрейших бойцов и приказал выступать на Хеймхаллу, чтобы напасть на Фенрир, пока те сражаются с Ётунами.
Эту часть плана легко было выполнить; Фенрир и Ётуны воевали всегда, ведь они были тварями Вирма, а мы – служителями Гайи. Так что Одину не пришлось долго ждать момента, когда войско Фенрир ушло на войну к границам Утгарда. То была славная битва, и немало потомков Волка упрочили в ней свою славу.
Но тем временем войска Одина осадили Хеймхаллу. Защитники держались крепко, но все же не устояли. Вот как это случилось.
Стражами Каэрны были двое могучих Гару – Фрека и Гер. Им не позволили присоединиться к войску Фенрир, чтобы идти против Ётунов, и они сочли это несправедливым и унизительным – и это стало их падением. Даже самый ожесточенный воин должен знать: иногда приходится стоять на страже, вместо того, чтобы сражаться, и это не менее важно и почетно.
Так вот, к Стражам Каэрны прибыл посол из лагеря Одина, и был с ними учтив и предупредителен. Он говорил, что Фенрис нанес им оскорбление, не взяв в битву, и просил присоединиться к силам Одина. Надо сказать, что сперва они и слушать его не хотели, но этим послом был Локи. Фрека и Гер знали, что за измену положена смерть, но даже лучшим из лучших непросто устоять перед чарами Локи.
Так и случилось, что Фрека и Гер перешли на сторону Одина, и войска Вальхаллы ворвались в крепость, убивая кинфолк Фенрир. Супруга Великого Фенриса, Сигун, убила больше нападающих, чем все остальные, вместе взятые, но пала жертвой колдовских чар Одина. В конце концов, при всей своей трусости он был богом войны. С тех пор Один стал заклятым врагом Фенриса. Нападавшие стали искать Сердце Каэрны, но оно было хорошо скрыто. Тем временем, хаос и разрушение, творящиеся вокруг, заставили всю гору обрушиться, погребая под собой многих из войска Одина. Так сама Земля насыпала погребальный курган над Хеймхаллой.
Велика была печаль Фенрир и нашего предка, и он поклялся, что будет идти за Одином до Рагнарека – Апокалипсиса – и сожрет его живьем за этот гнусный поступок.

13

Коготь чертит по материку

После гибели нашего общего дома мы расселились по всей европейской части континента. С нами шли кочевые германские племена, составлявшие большинство нашего кинфолка. Или же можно сказать, что мы путешествовали с ними: невелика разница. Мы захватывали новые территории и удерживали их. Суровый Север Скандинавии всегда был почти полностью нашим, главным образом потому, что ни одно племя Гару не было больше столь выносливым и целеустремленным, чтобы назвать подобное место домом. Хочешь знать, почему другие думают, что наша родина – Скандинавия? Да потому что не родилась еще такая сила – ни смертный, ни вервольф, ни Фера, ни проклятая тварь Вирма – которая бы сумела отвоевать у нас хотя бы тоненькую полоску той земли.
Немало людских племен поселилось там вместе с нами; мы не Красные Когти и не считаем единственно правильным спариваться только с волками. Им пришлось немало трудиться, чтобы выжить в суровых краях, но почва там была плодородной, только что освободившейся ото льда. Наши предки позволили им сделать так, что земля кормила их лучше, чем могла бы; возможно, это было упущение, так как дало некоторую силу Виверу. Но нам понадобился не один десяток лет, чтобы понять, к чему это привело.
Вместе мы основывали могущественные каэрны и вокруг них вырастали многочисленные общины. Самыми известными среди них были Община Ночи Зимы Фимбул в Упсале, нынешнее сердце нашего племени, и Община Кровавого Кулака в Шварцвальде, там, где сам Великий Фенрис провел последние дни на земле, прежде чем исчезнуть в Умбре. С тех пор многие из старинных владений Фенрир были потеряны, и многие новые основаны, но Община Кровавого Кулака продолжает существовать, хотя и в осаде.

14

Германские племена

Перед вами не урок истории и не трактат о германских племенах. Тем не менее, стоит подчеркнуть некоторые моменты человеческой истории. Самое распространенное заблуждение тесно ассоциирует Фенрир с северными германскими племенами, которые обитали в Скандинавии. Но более правильно будет связать Фенрир с германцами в широком смысле этого слова, а не с одной веточкой огромного дерева. Племена германцев мигрировали в Европу около девяти тысяч лет назад, в конце последнего ледникового периода, вместе со стражами из Фенрир и их кинфолка. Когда лед стал отступать с земель Скандинавии, открылись плодородные земли, полные дичи и рыбы, и когда искусство земледелия достигло кочевых племен, они стали селиться на Скандинавском полуострове, на побережье Балтийского моря, на месте современной Дании и Северной Германии. Жизненно важно отметить, что, так как Фенрир не обязательно связаны с каждым племенем германцев, нет необходимости рассказывать обо всех племенах и их истории. Чтобы избежать необходимости поименно перечислять все племена в каждый исторический момент, мы и называем их просто германцами. Разумеется, в современном мире Фенрир уже не привязаны к определенной этнической группе.
Причина, по которой мы приводим эти рассуждения, заключается в том, что мы хотим объяснить, что Фенрир – не просто «Викинги-оборотни», а также в том, что углубление в историю народов, о которой мы так мало знаем – неблагодарное дело. Их просто чересчур много. Древние германцы стали предками большинства наций современной Европы: и немцев, и французов, и испанцев, и чехов. Когда германские племена стали переселяться на юг, они разделились на северных, восточных и западных германцев. Дальнейшее разделение породило множество племен, общим для которых оставался пантеон богов, лучше всего известный по северной мифологии, хотя имена менялись в связи с расхождением языков [Один-Вотан, Тор-Донар, Тюр-Тиу, Фрейр-Фрикко].
Если Вы - студент исторического факультета и не нашли в этой книге упоминаний о вашем любимом германском племени, не расстраивайтесь. Может быть, Фенрир никогда не избирали супругов из их числа, может быть, просто не озаботились оставить об этом упоминание. Скорее всего, они не утруждали себя записыванием всех имен своих человеческих родичей; во всяком случае, не больше, чем тщательным составлением уходящего в глубь веков генеалогического древа своего волчьего кинфолка. Это действительно не настолько важный момент для судеб мира.

15

Легенды Людей

Где бы мы ни проходили, мы оставляли там свой след; люди, живущие бок о бок с нами, краем уха услышали историю-другую, и так родилась религия. К сожалению, большая часть правды была потеряна при пересказе, и ты уже мог это заметить, если знаешь людские легенды. Подумать только, они верили, что лживый Локи был отцом Великого Фенриса! ХА! Стала бы Мать Гайя делить ложе с такой гадиной! Может, люди думали, что волки – зло и поэтому просто должны происходить от Локи? Не знаю. Если бы люди придерживались правды, мир не был бы в таком плачевном состоянии, как теперь.
То, о чем я хочу рассказать тебе сейчас, широко известно в людской истории. Человеческой хронист Снорри повествует, что Один явился из своего королевства на Востоке, оставив своих братьев, Вилли и Ве, править в Асгарде. Он привел с собой множество людей, и они захватили земли саксов, север Германии, и даже дошли до Скифии. Он оставил своих сыновей править этими королевствами, а сам отправился на север, и на острове у берегов Дании он выстроил замок. Один заслал шпионов в Швецию и заключил союз с Ётунами. Неизвестно, знал ли он, что мы уже живем там, но если знал, то вряд ли он был таким мудрым, как о нем говорят.
Одно остается несомненным: за тысячи лет, которые он скрывался, Один стал невероятно силен. Он мог заставить землю разверзнуться, мог вдохнуть жизнь в разложившийся труп висельника и изменять живых и мертвых. Он скопил множество земных богатств, и за ним следовали двенадцать последователей, бывших вождей, которых он учил своему мастерству. Как гласят легенды, за свое знание он расплатился потерей глаза, и стал бессмертен, так, что мог вернуться, даже будучи убит. Он захватил немало земель и постоянно жаждал новых знаний и могущества.

Читать дальше|Убрать

Когда Совет Племени в Упсале получил весть о его возвращении, мы немедленно начали действовать. Сперва мы попытались дозваться до Великого Фенриса, который блуждал где-то в мире духов. В то же время мы разгромили королевство Одина в землях саксов. Тогда лучшей стаей среди Фенрир были Сыны Великого Фенриса; пусть название не вводит вас в заблуждение, среди них были не только мужчины. Они обрушили стены каменной цитадели слитным ударом своих кулаков, и, когда содрогнулась земля, оставшиеся защитники бежали прочь как трусы, какими и были. Затем Сыны Великого Фенриса установили на тех землях наше правление и вернулись в Упсалу, а тем временем другие Фенрир выдержали кровавый бой с силами Одина в Скифии. То был славный бой, и многие из Фенрир доказали, что достойны носить это имя.
Вернувшийся из странствий Один был в ярости и немедленно обрушился на Общину Ночи Зимы Фимбул. Орды живых мертвецов и колдунов приплыли из-за моря на огромном корабле Скибландир, и сам Один вел их в бой верхом на Слейпнире, порожденном магией чудовище в образе восьминогого коня. Битва, что разразилась той ночью, не знала себе равных, и не счесть сказаний о великих воинах, что приняли достойную смерть от рук могучих врагов. Один Довольный-Войной был известен тем, что никогда не проигрывал битв, и многие верили, что ему помогают высшие силы. Ни один смертный не был столь силен, как он. Но Один не ожидал столкнуться со всем племенем Фенрир, когда мы пылали жаждой мести за наших отцов.
Как я уже сказал, невозможно было победить армию Одина в бою. Мы убивали их, а он возвращал их к жизни, а затем он призвал своих союзников из мира духов: отвратительных чудовищ и людей из его собственной Реальности. Мы также воззвали к стражам и дружественным духам, и даже осмелились просить поддержки самого Великого Фенриса.
Невозможно описать словами то, что произошло дальше. Сыны Великого Фенриса, наши властители, слились воедино и физически преобразовались в подобие Великого Волка. Они стали огромным могучим зверем, каким был наш предок, и, ведомые его бессмертным духом, двинулись к Одину. Трусливый бог войны попытался убежать, но они настигли его и швырнули на землю. Тогда Один воззвал ко всей своей силе, вытягивая энергию из самой земли, и поднялся, окруженный ореолом силы и мощи. Долгим и ожесточенным был хольмганг между ними, но наконец Сыны Фенриса провыли вой победы над безжизненным телом Одина. Мы сожгли его труп, чтобы он не воскрес, и тогда Те-Кто-Были-Одним разделились и вновь стали самими собой. Но они сполна заплатили цену победы, и некоторые из них погибли от ядовитых ран, которые невозможно было исцелить.
Имена павших повторяются в веках. Это были Аэгир Скорый-На-Гнев, homid Моди, Вендель Мудрость-Многих, homid Форсети, Това Смерть-Ётунам, lupus Моди и Торд Рогатый-Скальд-С-Голосом-Гайи, метис Скальд. Пусть же славятся павшие, ибо они были истинными воинами и едины с Великим Фенрисом. Слава Сынам Великого Фенриса!
Войско Одина рассеялось в страхе, когда исчезла воля, направляющая их, и никогда больше они не становились сильны. Но наследие Одина жило среди людей, которые почитали его и его сыновей как богов. Мы бы не потерпели этого, но нем нужно было скрываться от глаз людей, а это был неплохой миф, чтобы поддерживать Завесу.
Из множества бойцов, показавших себя лучше всего в битве при Упсале, стоит сказать о юном волке Беовульфе, который стал Ярлом земель саксов. Может быть, ты слышал людскую историю о герое Беовульфе, что победит чудовищного Гренделя, или другие саги о нем. Не знаю, правда ли это, но был среди Фенрир Ярл Беовульф, и был он великим бойцом. Еще одним знаменитым героем той битвы стала Брунгильда Крылья-Бешенства, вожак целиком женской стаи Валькирий, или Несущих-Смерть. Позднее они ушли с остготами в Восточную Европу и правили нашим племенем в тех землях, пока не исчезли со страниц наших хроник. Очень жаль; они были одними из лучших и знаменитейших наших воинов. Однажды я слышал обрывок легенды о том, что они присоединились к Черным Фуриям. Неизвестно, так ли это, но это может объяснить, как Черные Фурии стали такими свирепыми бойцами: стая Валькирий была почти столь же сильна и известна, как Сыны Великого Фенриса.

16

Римские завоевания

Рассказано Маркусом Серебряная-Грива, Галлиардом Фенрир
Римская Империя! Сборище продажных трусливых подонков! Это их следует винить в том, что стало сегодня с миром, что деньги и политика заняли столько места в умах людей. Плюю на их могилы! А Серебряные Клыки и эти проклятые Стражи Городов, которые сейчас называют себя Ходящими По Стеклу, поддерживали их.
Наш кинфолк среди вандалов и вестготов натолкнулся на римлян, когда откочевал к югу. У них были эти военные машины и усовершенствованное оружие, но сами они были нам не ровня. Мы не признавали их и доказали это, разграбив сам Рим. Это невероятно разгневало Серебряных Клыков, а мы вдоволь посмеялись.
В наказание они попытались подчинить себе наш кинфолк. Им удалось одурачить племя кинфолка и бывших с ними Фенрир, называвшихся черусками, и те стали помогать им. Но Ротагар Герман Бегущий-Быстро обвел римлян вокруг пальца и наконец встретился с этими черусками в лесу Тевтобург. Он преподал им ценный урок о том, почему нельзя переходить на стороны врага. Они осознали свою вину и спросили, что они могут сделать, чтобы постараться загладить ее. Герман взял всех их волчат, не прошедших еще Ритуал Инициации, и отправил вместе с кинфолком против римлян. Тогда были уничтожены три легиона, что ознаменовало начало восстания германцев против власти Рима. Герман Бегущий-Быстро был известен римлянам под именем Арминиуса и заслужил звание врага империи, чем очень гордился.
В третьем веке нашего времени римляне предложили многим германским племенам поселиться в пределах Империи в обмен на их службу в римских легионах. Тем не менее, многие племена, в том числе кинфолк Фенрир, приняли это предложение, и это привело к первому расколу в рядах Фенрир. Многие сочли это тонким замыслом Серебряных Клыков, направленным на то, чтобы разделить и ослабить нас. Они надеялись, что смогут заставить нас сражаться друг против друга. Некоторые Фенрир стали служить начальниками больших отрядов на западных границах империи, и в те времена костяк римской армии состоял из германцев. Тем не менее, не все пошло так, как планировали Серебряные Клыки, и им не удалость предотвратить несколько захватов Рима.

17

Распространение Племени

Кто они были, дикие племена, пронесшиеся вихрем через всю Европу на своих маленьких крепконогих лошадках? В 372 году гунны перешли Волгу и захватили и поработили остготов. Наше племя видело опасность, которой были эти безумцы, гонимые Вирмом, и когда Серебряные Клыки попросили нас помочь в борьбе с ними, мы согласились. Часть Фенрир жила среди вестготов, которые перешли Дунай и жили в пределах Империи как союзники, но римляне смотрели на нас свысока и не считались с нашим кинфолком. Это была лишь вершина айсберга. Серебряные Клыки и эти одомашненные волки – Стражи Городов – зашли слишком далеко. Пора было показать им, из чего слеплены истинные сыновья и дочери Фенриса. Мы поднялись в буйстве и уничтожали римские легионы, где только находили.
Император Валенсий пытался остановить нас, и его преемник обнаружил его голову насаженной на копье, а его армию вырезанной. Битва при Адрианополе развеяла миф о нерушимости римской империи и породила полтора столетия хаоса в империи.
Аларик, великий кинфолк Фенрир, принял командование над вестготами в Европе и в 410 году разграбил Рим. Империя попыталась откупиться и отдала ему Галлию (современную Францию), и Аларик принял ее, но в то же время захватил еще и Испанию, а обескровленный Рим не осмелился протестовать. Нападения Аларика на Италию были большим, чем просто грабежи: спасаясь от него, римляне собрали все свои силы в Италии, без всякой пользы, и в результате германцы просто игнорировали неохраняемые границы. Наш кинфолк и их соплеменники буквально населили континент, и римляне так и не смогли ничего с этим поделать.
Для нашего племени наиболее значимыми изменениями в составе населения Европы был приход франков в Галлию и завоевание англами, саксами и ютами Британии. Вандалы мигрировали через Галлию в Испанию и попытались поселиться в Африке, а бургунды обосновались в долине Роны. И всюду, куда шли эти племена, мы шли вместе с ними, и видели то, что видели они.

18

Африка

Некий римский военачальник Бонифаций заключил договор с вождем Фенрир Бадериком и его братьями, вандалами Гюнтериком и Гайзериком, о том, чтобы основать новую колонию на побережье Африки. Братья собрали всех вандалов, кого смогли, и организовали огромную морскую экспедицию. Более 80 тысяч человек отправились в плавание, а с ними изрядное количество Фенрир. Бадерик отправился в тайное путешествие по путям Умбры, а Гюнтерик умер в море, но Гайзерик, один из самых могучих и благородных людей, стал вождем экспедиции.
Они не встретили серьезного сопротивления, и единственной угрозой был Карфаген, но постоянные набеги мавров и испанцев держали народ в постоянной готовности. После падения Карфагена вандалы остались сильнейшими, терроризируя побережье. Кульминацией всего стало разграбление Рима в 455 году. Вандалы продержались еще лет 80, но император Юстиниан разгромил их. Жажда грабежей и наживы не в состоянии поддерживать боевой дух нации.
Мы никогда не пытались вернуться в Африку. Там слишком жарко, слишком сухо, слишком неправильно. Если бы мы должны были быть в Африке, мы бы жили там с самого начала. Тем не менее, некоторые Фенрир имели дело с Тихими Странниками, и более ста лет там были наши соплеменники. Мы никогда не основывали стоящих поселений, но находимые каэрны брали под контроль объединенные силы Фенрир и Тихих Странников. Это был странный и непродолжительный союз. Когда мы ушли из Африки, связи между нашими племенами распались. Тем не менее, некоторые из наших предков похоронены в Африке, так что будем помнить тех, кто пали там во имя хорошего боя.

19

Британия

Завоевание нами Британии было одним из исторически значимых событий. Хотя англосаксы и не дожили до наших дней, английские Фенрир – один из сильнейших наших анклавов.
Наш кинфолк и кое-кто из Гару попробовали Англию на прочность еще в 407 году, но столкнулись с Серебряными Клыками и Стражами Городов, и сперва ничего дельного не вышло. В отместку за враждебность Рима мы делали набеги на те земли и показали им пару-тройку примеров силы. Римляне в Британии не получали помощи из империи, но их все равно было слишком много, чтобы сразу вышвырнуть их прочь. В прошлом мы заключали союз с Фианна; они тоже боролись против Рима на материке, и те из них, кто называли себя Гончими Рогатого, сражались с нами бок о бок. Но Фианна Британии не желали заключать с нами союз, а земля Британии, полная могучих каэрн, звала нас и просила защиты.
Как я уже говорил, римляне приглашали германцев служить в своей армии, и Британия не была исключением. Когда король Вортигерн, провозгласивший независимость от Рима, пригласил саксов поселиться на его землях в качестве наемников, мы решили принять приглашение. Герой Фенрир Хенгист привел своих людей в Танет и поселился там. Он доблестно служил королю, охраняя границы от пиктов и римлян и подавляя волнения внутри страны. Но Хенгист не доверял Вортигерну, потому что тот был слабым лидером и презрительно относился к саксам, а британцы были слабы и трусливы в битве. Он считал, что Британией достойны править саксы, так как они были настоящими воинами и могли защитить эти земли. Поэтому Хенгист призвал еще больше воинов, ведь край был хорош, а британцы слабы. Германцы пришли из Норвегии, Швеции, балтийских земель – пришли, чтобы остаться.

20

Вортигерн, Вортимер и Амброзий

Однажды Хенгист собрал большой пир и пригласил на него Вортигерна. Тому приглянулась дочь Хенгиста, Ровена, и король просил ее руки. Хенгисту не слишком понравилось подобное, но он понимал, что его внук, рожденный от этого союза, станет королем Британии, и саксы будут править. Когда Вортигерн попросил Хенгиста назначить выкуп за дочь, тот потребовал Кент, славный могучими каэрнами. Итак, Вортигерн взял в жены Ровену и отдал Хенгисту Кент.
Но сын Вортигерна, Вортимер, был не столь слаб и недальновиден, как его отец, и сразу почувствовал угрозу своему положению наследника. Он захватил власть, разорвал все соглашения с саксами и попытался выдворить их из Британии. Его правление длилось два года, а затем его мачеха Ровена сумела убить его, и Вортигерн снова занял трон. Этот слабохарактерный политик не снабжал саксов и Фенрир, что были с ними, пищей, одеждой и оружием, поскольку растратил свои богатства в войнах. Наши Старейшины решили, что с нас хватит. Мы какое-то время грабили те земли, пока Хенгист не провозгласил перемирие, и отправились на переговоры между саксами и британцами на равнине Сэйлсбюри. Чтобы высказать британцам все, что мы думаем о их политических играх, отряд Хенгиста перебил почти три сотни спутников Вортигерна, а его самого захватил в плен. Выкупом за короля-неудачника стали Эссекс и Сассекс, где также были каэрны, которые впоследствии заняли и охраняли соратники Хенгиста.
Вортигерн попытался укрепиться в Гвиннедде, в Уэйлсе, но его люди не могли построить замок, так как все, что они строили, обваливалось. Вортигерн спрашивал совета у многих волхвов, и они сказали ему найти мальчика без отца, воспитанного Добрым Народцем. Люди Вортигерна отыскали парнишку по имени Мирддин Эмрис, который открыл королю, что под тем местом было озеро с двумя сражающимися драконами, красным и белым – символами британцев и саксов. Белы дракон победил, и это так испугало Вортигерна, что он сбежал.
После явной утраты королем храбрости против него поднялось восстание, которое вел Амброзий Аурелиус. Мы тем временем устраивали набеги и сумели воодушевить англов подняться вместе с нами против британцев. С этого момента Фианна тоже стали действовать вместе с нами. Однако, Мирддин показал Амброзию место, где Вортигерн не достроил свой замок, и Амброзий основал там свою цитадель и объединил Британию. У нас же появились другие проблемы, так как на севере Островов изрядно запахло Вирмом.

21

Падение шестнадцатого племени

Некоторые оборотни других племен презирают нас – они сражаются с нами бок о бок, но не принимают Закона Фенриса: только сильному можно доверить сражаться за Гайю. Они ценят свое тайное знание, умения, даже сострадание выше силы и насмехаются над нами за то, что мы так "просты". Но я уверен, не никого, кто бы не пожелал, чтобы Белые Воющие были хоть немного похожи на нас.
Белые Воющие, в своем роде, были похожи на своих братьев Фианна, но более гротескны. Их страсти были еще более неудержимы, их жажда драки и добычи была больше, их песни громче и кровавее, а их сила воли – еще слабее. Когда Вирм подступил к их родным землям, они кинулись в битву быстрее, чем это сделали бы другие племена, включая наше. Они бросили вызов врагу в его логове, и оказались не готовы к тому, насколько но силен. Им не хватило мудрости, чтобы предвидеть опасность и не хватило силы, чтобы умереть незапятнанными.
Иногда можно услышать, как другие племена поют о трагедии Белых Воющих, о падении "благородного племени Льва". От нас таких глупостей не услышишь. Единственная трагедия заключается в том, что Гайя позволила этим слабакам так долго процветать. Если кому-то так не терпится поплакать о гибели благородного племени, пусть воспоют Кроатан, которым хватило силы пасть достойно и ради настоящего деяния. Хныкать о Белых Воющих, пока они до сих пор убивают и искажают все, до чего дотянуться, значит предавать своих предков, каждый из которых был дважды Гару, чем все племя Белых Воющих.

22

Эра Викингов

Рассказано Мартином Крик-Последнего, Галлиардом Фенрир.
Привет, волчата! Похоже, Маркус успел вам надоесть этими своими лекциями о Риме. Не волнуйтесь, теперь мы перейдем к действительно интересной части нашей истории, и я – тот удачливый Скальд, которому выпало рассказать вам эти славные сказания.
Для Европы то было время смятения. Между англосаксами и британцами разразилось несколько войн, Римская империя погибла от рук собственных политиканов. Прежняя стабильность Европы рухнула, когда орды викингов и Фенрир с ними ринулись туда, разрывая на куски тех глупцов, что пытались сопротивляться. Скандинавы, как их братья с материка, решили расселиться по миру.
Мы, Фенрир, более или менее отошли от дел людей и сосредоточились на войне с растущей силой Вирма. Маркус уже вкратце рассказал о том, как появилось новое племя, несущее Вирм в сердцах и поступках. Хотя большинство считают эту историю мифом, мы, те, кто жили на британских островах, знаем, что все это так. Они – падшие Гару, те, кто прошли по девяти спиралям Вирма и сменили имя на Танцоров Черной Спирали. Они – падшие, те воины, что ступили прямо в пасть Вирму и были перерождены. Со времен последней войны с Ётунами мы, Фенрир, редко встречали равного нам врага, теперь же мы столкнулись лицом к лицу с теми, против кого рождены были бороться – с тварями почти столь же хитрыми и сильными, как мы сами. Поэтому мы отошли от политики людей, но куда шел наш кинфолк, туда шли и мы. У нас были причины сражаться в новых землях.

23

Святая война?

Решение отойти от дел людей не во всем было мудрым. Англичане стали слабы и изнежены и приняли новую религию; религию Христа и его легионов. Когда мы вернулись, то увидели, что они выкорчевывают старые добрые языческие обычаи и насаждают фальшивую веру, которая делает мужчин хилыми, а женщин покорными. Мы были в бешенстве! Мы хотели, чтобы наш кинфолк был сильным, мужественным и достойным и мог встретить врага иначе, чем подставив другую щеку для удара!
Вот почему язычники-скандинавы пришли, полные бешенства, и с 793 года стали разрушать монастыри, открыв новую эпоху – эру викингов. Почти четыре сотни лет ужас перед Волками Морей заставлял трястись святош в рясах. Европа содрогалась, а северяне основывали свои королевства в Англии, Шотландии, Нормандии, Германии, Исландии, Италии, России, на Балтике, и доплывали до Константинополя. И среди них всегда были Фенрир, направляя и властвуя. То было время, когда ночь была нашей.

24

Фенрир и Христос

Ненавидим ли мы христиан сейчас?
Далеко не так сильно, как прежде. Да, некоторые старейшины до сих пор таят неприязнь к религии, отвратившей людей от прежнего почитания духов земли и неба, но в наши дни в племени есть и те, кто ходили в христианские церкви до Первого Изменения, и они не менее достойны называться детьми Фенриса. Если даже они раньше и мыслили убогими идеями вроде «те, кто не славят Христа, сгорят в аду» или «не убий», Ритуал Инициации быстро выбивает из головы подобные глупости.
В стародавние времена – о да, наши предки крепко ненавидели Христа и его святош. Если бы в твои земли пришли какие-то наглые людишки и стали бы поучать твой кинфолк, что все, во что они верят, ложно, ты бы смирился с этим? Вряд ли. Что было хуже всего, так это их лицемерие. Они организовывали крестовые походы, «чтобы указать верный путь заблудшим овцам», преследовали евреев, а кто в результате стал крупнейшим землевладельцем, богатейшим институтом общества? Церковь. Мы никогда не поддерживали Христа и его кровавую религию. Наши предки видели, что истинными знаками Креста были ненависть, алчность и фанатизм.
Тем не менее, мы никогда не призывали к всеобщей войне с христианством. Почему? Хороший вопрос. Наши предки были достаточно мудры, чтобы понимать: на каждого лицемера или кровавого фанатика приходится другой христианин, который не желает причинять вреда другим, любит свою семью и не поднимет руку на соседа. Те из них, кто сражались, сражались за неправое дело, а те, кому следовало бы, не сражались вовсе, но воевать против них было бы недостойно. Они были помехой у нас на пути, и многие наши предки сводили с ними личные счеты, но, в конце концов, христиане никогда не были столь плохи, как Истинный Враг.

25

Снова Британия

Как-то я открыл книгу, названную "Хроники англосаксов", и в ней описывался набег викингов. Послушайте:
"Год 793. В этом году ужасные знамения появились в небе над Нортумбрией, перепугав жителей. Были страшные вспышки молний, и по небу мчались огромные драконы, а за ними следовала исполинская женщина. В тот же год, чуть позже, восьмого июня, орды язычников сокрушили храм Божий, грабя и убивая".

Ха, звучит апокалиптично, не правда ли, волчата? Вот она, Ярость Фенрир. Наш кинфолк перешел в христианство. То, что раньше они верили в ложного бога Одина, кровного врага нашего племени, уже было плохо, но эта вера, по крайней мере, учила их чести, силе и благородству. Скажите мне, что благородного в крестовых походах? Где честь в выманивании денег у бедняков в обмен на индульгенции? Во всем этом видна только жадность, а жадность не из тех добродетелей, которые почитаются среди Фенрир.
Но тогда было не бремя для мести последователям Христа: у нас были проблемы внутри племени. В то время Фианна стали пренебрежительно называть Фенрир, поселившихся в Британии, Выводком Фенриса (Get of Fenris). Гару с севера продолжали называть себя Фенрир. Англосаксы приняли это новое имя, говоря, что лучше быть выводком самого Фенриса, чем избалованным неженкой более слабого тотема. Но Фенрир Севера не приняли имя, данное их братьям кем-то из других Гару, особенно Фианна.
Одно время они принимали разницу в названиях всерьез; те, кто жили в Скандинавии и Северной Британии, отказывались отзываться на что-то, кроме "Фенрир", а южные Гару довольствовались "Гет оф Фенрис". Фенрир обвиняли Гетов в потворстве христианству, а Геты проклинали Фенрир за вторжение в их земли. Датские Фенрир, которые жили в Денло, союзничали с Гетами, а норвежские и шведские Фенрир имели другую точку зрения. Они появились в Ирландии, посмотрели на то, что кинфолк Фианна тоже перешел в христианство и отбили у них могущественную каэрну. Там мы основали город для наших человеческих союзников, и назвали его Дублин, а ирландцы называли его Бале-Аха-Клиах. Это была не первая наша война с Фианна. Мы сражались и на материке, и в Британии, но те Фенрир, что пришли в Ирландию, решили не продолжать ее. Они предложили Фианна разделить эти земли. В конце концов, настало время пересмотреть договоры и Гару объединиться с Гару.
Спустя немного времени Фианна решили принять условия Фенрир, и дети Волка и дети Оленя жили в мире, торгуя между собой.

26

Скандинавские Королевства

В те дни на скандинавском полуострове не было наций, а обитало множество племен под предводительством вождей, которые заключили между собой нечто вроде союза. Раз в год они встречались на большом совете в Упсале, недалеко от того места, где Фенрир проводили племенные собрания. Многие вожди мечтали стать королями, и некоторые из королевств важны для нашего племени.

Королевство Норвегия|Убрать

Одним из этих вождей был Гарольд. Он поклялся не стричь волос и бороды, пока не будет править Норвегией, и за это его прозвали Гарольд Прекрасноволосый. Гарольд сражался яростно и умело, и исполнил свою мечту. Он был кинфолком одного из Фенрир, Хаакона Серебряные-Когти-Впившиеся-В-Вирм из стаи Сынов Великого Фенриса. Хотя он не получал помощи от своего брата или от других Фенрир, он показал себя достойным и верным кинфолком и правил, как истиный господин, железной рукой.

Королевство Швеция|Убрать

Королевство свеев, или Швеция, было также основано в эпоху викингов, хотя свеи были больше заинтересованы в торговле, чем в набегах и грабежах. Они торговали мехами и рабами с Русью, Византией и Арабским халифатом. Но это абсолютно не значит, что свеи-Фенрир не показали себя славными в битве или были трусами или слабаками! Они были известны за свои боевые умения, и поэтому царь Владимир выбрал их для гвардии константинопольского императора, которую подарил ему в 988 году. Отряд из почти шести тысяч шведско-русских Фенрир и их кинфолка уничтожал всех врагов императора.

Королевство Гардарика|Убрать

На территории современной России и Украины располагалось тогда королевство Гардарика, Страна Крепостей, где правил Рюрик. Оно было основано в 9 веке, и эта династия правила Россией до 1600 года. Города Новгород и Киев были ключевыми пунктами на пути из варяг в греки. Фенрир, жившие в Гардарике, не имели проблем с Серебряными Клыками, а наоборот, были верными стражами России.

Королевство Дания|Убрать

Королевство Дания начало объединяться в 700х годах. На него постоянно оказывала давление империя франков, но датчане сумели создать нацию, которая расселилась по территории современной Дании. Харальд Синезубый, сын Гарма Старого, завершил объединение в девятом веке, но из-за него Дания приняла христианство. Датчане также правили изрядной территорией Британии, известной как Денло, Область Датского Права, которая существовала вплоть до 1066 года.

Дублин|Убрать

Мы основали этот город, чтобы защищать каэрну от Вирма, и нам пришлось выдержать за нее не один бой с нашими братьями Фианна. Мы берегли эту каэрну три столетия, каэрну, которая, как говорили наши Скальды, была построена из костей королевы Альфар. Но в итоге мы были побеждены не Вирмом и не Фианна, а обычными ирландскими воинами. Вы могли слышать обратное, но Бриан Бору был всего-навсего смертным королем. Его воины подожгли город и вырезали тех, кто был в нем. Нас было слишком мало. В ту ночь пало королевство Дублин, а с ним потускнела слава Фенрир.

Империя франков|Убрать

Хлодвиг звали того франка, который, по слухам, был потомком легендарного Меровека. Говорят, что Меровек был не кто иной, как герой Фенрир Мервек Золотые-Челюсти, сын Арминиуса, но это противоречит другим легендам о нем. Считайте как хотите. Хлодвиг был первым абсолютным правителем франков, и если он и был потомком Мервека, то опозорил своего предка, крестив франков. В 752 году король франков Шарлемань завоевал Ломбардию и Саксонию и установил свою власть в Италии. Он захватил сегодняшнюю Францию, Голландию, Бельгию, Люксембург, часть Испании, Германии и Австрии, и был коронован как император в 800 году. Вопреки христианскому духу, Фенрир поддержали империю франков, так как она объединяла множество народов и несколько территорий Фенрир. Но когда к империи проявили интерес Стражи Городов и Серебряные Клыки, мы отвернулись от нее.
После победоносных завоеваний и битв империя была поделена между тремя сыновьями. Западная ее часть позже стала Францией, восточная – Германией и Австрией, а средняя содержала части этих двух государств. Тем не менее, расклад сил, в основном, зависел от средней части империи.
Следующим интересным правителем был Отон Великий. Мы уверены, что он был крови Фенрир, хотя Серебряные Клыки называют его своим кинфолком. Он был жестким правителем, свергая тех, кто противился его власти. Он расширил свои владения за счет Богемии и Польши, а в 955 году отбил нападение венгров в битве при Лечфилде. Венгры были кочевниками из Азии. Мы не знаем, откуда они пришли, но они имели дело с Пиявками и поэтому были нашими врагами. Отон добился контроля над средней частью империи и был коронован как король римлян, а позже этот титул превратился в Императора Священной Римской Империи.

Герцогство Нормандия|Убрать

Самое интересное, что стоит упомянуть о герцогстве Нормандия, это то, что оно никак не связано с Фенрир. Совсем никак. Верно единственное: наш кинфолк под предводительством Хрольфа получил те земли в дар от Чарльза Простоватого в награду за защиту Франции. Хрольф перешел в христианство и сменил имя на Ролло (представьте себе!). Это дурацкое герцогство не было нам нужно и мы оставили его. Серебряные Клыки, наоборот, почувствовали поживу и стали скрещиваться с нормандцами. Так что, когда Вильям Нормандский в 1066 году завоевал Британию, те оборотни, что могли прибыть с ним, были не Фенрир, а скорее Серебряные Клыки.

К северным широтам|Убрать

Как поется в наших сказаниях, первая большая группа изгнанников норвежцев и шведов появилась у берегов Исландии в 874 году. Их было почти четыре сотни, и с ними – несколько кинфолк Фенрир. Была создана система свободных поселений, объединенных вокруг избираемых вождей, а высшей властью был Альтинг, где мог высказать свое слово каждый свободный человек. Исландия была истиной демократией, где равно был принят человек, Гару и Пиявка. К сожалению, они слишком быстро приняли эту новую веру миролюбцев. Позднее многие Фенрир путешествовали по тем неиспорченным землям, но там не растут леса, и это печалит души нашего племени, ищущие приключений.

Через Атлантику|Убрать

Вероятно, вы знаете, что Колумб был не первым европейцем, открывшим Америку. Эта честь принадлежит викингам, а среди них были дети Фенриса и кое-кто из Глодающих Кости. Хотя это кажется странным, в те дни они были не столь привержены человеческим городам, как сейчас. Они предлагали свои услуги другим, более сильным Гару в обмен на покровительство. Мы принимали их; конечно, они никогда не были сильны и достойны, но не применять же к ним стандарты детей Фенриса. Глодающие Кости были верны и им стоило доверять, а их хитрость оказывала большую услугу. Нередко бывало, что Фенрир отправлялся на войну, а Глодающий Кости нес его щит, обыскивал убитых врагов и исполнял обязанности разведчика или даже оруженосца. Вот так и случилось, что некий воин Фенрир и оруженосец из Глодающих Кости оказались на борту нужного корабля в нужное время и оба были удивлены, обнаружив себя героями более великой саги, чем той, на которую рассчитывали.

Зеленая Земля|Убрать

В 960 году вождь Эрик Рыжий был изгнан из Норвегии за несколько жестоких преступлений, совершенных им в гневе. Похоже, в нем жила частица Ярости, и он не мог управлять ею. Он отплыл в Исландию, и с ним немало его людей, чтобы начать новую жизнь но и там он, не сдержавшись, совершил убийство, и был приговорен к трехлетнему изгнанию. Положившись на легенды и песни моряков, повествующие о земле на западе, он отплыл туда со своей командой. Он открыл землю, похожую на Исландию и Норвегию, с глубокими фьордами и плодородными зелеными долинами. Он полюбил те края и вернулся в Исландию, где рассказал людям о "зеленой земле" - Гренландии. В 986 году он получил разрешение возглавить экспедицию в Гренландию, и с ним на 25 кораблях отправились около пятисот поселенцев. С ним путешествовало и много Фенрир, ибо наша жажда приключений всегда была велика. Люди с тех четырнадцати кораблей, что добрались до места, основали колонию и назвали ее Браттахлид, и еще два поселения, Вестбугди и Аустбугди. Эти земли подходили для выращивания овец, хотя, как и в Исландии, ни единого дерева не было видно. Колония разрасталась, и там было более трехсот ферм, но спустя пятьсот лет все ее население исчезло бесследно. В чем дело? Никто не знает. Предположения рознились от отравы Вирма до набега Альфар, или даже недолгого возвращения Ётунов. Того, кто узнает правду, ждет большая известность.

Новый материк|Убрать

Сын Эрика, Лейф, продолжил полную приключений жизнь отца. Он был сыном Эрика и Тъёдхильды Пленяющей-Бэйнов, Форсети Фенрир. Жаль, что он не стал Гару. Лейф принял христианство и даже основал церковь во славу своей матери, которая была гордой Гару многих достоинств. Другой кинфолк, Бъярни Хиръольфсон, был послан в плавание вокруг побережья Гренландии, чтобы поискать свободную ото льда землю, но сбился с курса и его отнесло к огромной земле к юго-западу от Гренландии. Но он не сумел пристать к ней, так как их отогнали местные жители, среди которых были Гару. Бъярни как никто другой знал, что людям бессмысленно сражаться с вервольфами, поэтому он отступил и, вернувшись, рассказал Лейфу о том, что видел. Лейф решил отправить экспедицию в Винланд, как на языке северян называлась плодородная протяженная земля. Выслушав рассказ Бъярни, мы решили не отправлять Лейфа одного, и к нему присоединились Фенрир и наиболее верный кинфолк.
Некоторые говорят, что Лейф воевал с местными жителями, но я знаю, что кое с кем он заключил мир. Фенрир сперва встретились с Кроатан, сильными духом и телом. Они были способны отстоять свою территорию, и нам не было нужды воевать с ними. Они согласились, что Фенрир могут основать три поселения – Хеллуланд, Маркланд и Винланд. Правителем там остался Торфинн Карлсефни, и лишь несколько Фенрир остались, чтобы присмотреть за колонией, а остальным нужно было вернуться и сражаться с всевозрастающей мощью Вирма и Вивер.
Колония процветала. Аборигены приносили меха и золото и выменивали на них вино и оружие. Но они были кочевниками и вскоре двинулись прочь от побережья. Торфинн ожидал возвращения Фенрир, но мы долгое время были в осаде и не могли никого прислать, поэтому он стал опасаться за свою власть. Он передал власть другому и решил вернуться в Гренландию, но умер в море.
Когда мы наконец вернулись туда, то не нашли никого. Это разъярило нас, и мы стали искать виновных, и так натолкнулись на племя других Гару – трусливых злобных ублюдков, называющих себя Вендиго. Грубые там, где Кроатан были учтивы, вероломные там, где Кроатан были честны, они не были нашими братьями. Мы поняли, что именно они разрушили нашу колонию и перебили кинфолк, и мы сражались с ними, но они были слишком скрытны и трусливы. Мы оставили те земли и не возвращались туда много столетий, но мы помнили.

Норумбега|Убрать

Немало исследователей последующих веков искали легендарное поселение Норумбега. Верразано и Чамплейн – лишь двое из тех, кто обыскивали фьорды на побережье Новой Англии, где, по слухам, располагалось это место. Говорили, что там полно богатств, и это во все времена привлекало алчных людей. Однако, никто не знал точно, где искать это поселение: все сведения сводились к обрывкам слухов и придуманным картам. Все собиратели старых легенд глубокомысленно помещали Норумбегу где-то в верховьях реки Чарльз, что впадает в Бостонскую Гавань, но поиски были безрезультатны.
Наверняка можно утверждать, что Норумбега – остатки колоний скандинавов в Винланде; одно из трех поселений было обнаружено археологами в 1960х. Одна из двух ненайденных и есть Норумбега, где была каэрна этих владений Фенрир. Богатства, о которых говорится в легенде, это почти явно фетиши и другие артефакты, а также собранное золото. Тем не менее, неизвестно, что привело эту каэрну к гибели и осталось ли там нечто, стоящее внимания.

27

Чистые

Несмотря на наши отношения с Кроатан и Вендиго, первыми Чистыми, кого мы встретили, были Уктена. Кое-кто из них бродил среди эскимосов Гренландии, и после нескольких традиционных разборок «кто есть кто» мы решили жить в мире, торговать и обмениваться сагами и историями. Они научили нас некоторым тонкостям общения с местными духами, а мы преподали им уроки ведения войны и поделились мудростью наших предков. Некоторые Уктена даже перебрались в Скандинавию и стали жить среди финнов и саами. Конечно, они намного слабее нас, но они немало помогли нам, например, в борьбе с теми необычными вампирами, которые порабощали целые деревни, но исчезали в никуда, как только мы приближались. Уктена странный народ, все они говорят как Рагабаши. Не стоит слишком уж доверять им – никогда не ясно, что они будут делать – но если относиться к ним хорошо и подкармливать, из них выходят ценные союзники.
Кроатан же были народом воинов, не как трусливые Вендиго, убивающие без причины. Мы всегда чтили их память и их великое самопожертвование. Слава Кроатан, ибо они достойны похвалы Фенрир!
Вендиго приложили немало усилий, чтобы испортить наши отношения с миролюбивыми Уктена. Они утверждают, что мы пришли на их земли для грабежа и убийств, но мы имеем достаточно понятий о чести, чтобы не заниматься подобным, в отличие от самих Вендиго. Мы не любим их и не раз призывали к ответу за ложь. Вендиго в своем роде расисты. Ты знаешь, что многие Гару считают, что мы, Фенрир, относимся к людям по-разному в зависимости от цвета кожи. Это неверно: любой воин будет принят нами как равный, если он или она покажет наличие трех достоинств: чести, поэтического дара и силы. Вендиго же, наоборот, ненавидят всех белых, признавая лишь тех, кто принадлежит к так называемым Чистым. Презирай их: они недостойны звания защитников Гайи!

28

Снова Англия – конец эры

Говорят, что славная эра викингов закончилась с завоеванием королевства англосаксов в 1066 году. Король Англии Гарольд получил известие о нападении датчан во главе с Харальдом Хаартрада, и выступил против них. Ему удалось наголову разбить их в битве при Стэмфорд Бридж, но одновременно с этим войска герцога Нормандии Вильяма высадились в Англии. Битва при Гастингсе ознаменовала поражение Гарольда. Нет необходимости говорить, что мы не участвовали в тех битвах, иначе исход был бы совсем другим. Мы были заняты борьбой с Вирмом и разделом территорий. Харальд Хаартрада был могучим бойцом, но пал так низко, что стал поклоняться Христу, и, честно говоря, мы были рады от него избавиться.

29

Темные века

Рассказано Гавейном Слава-Песни-Луны, Галлиардом Фенрир

А затем тьма сгустилась над Европой. Создавались нации, свирепствовала чума, возносились и гибли тираны, люди голодали. Для Скандинавии это было время объединения, и хотя Норвегия немало выстрадала, Швеция и Дания процветали. Германия становилась сильнее, Англия стонала под игом правящих классов разных кровей, и люди стали заглядывать за океан в поисках лучшей доли. И мы, Фенрир, всегда были там, видя и запоминая.
Но что самое важное – тогда вернулся Великий Фенрис и был скован до Рагнарека.

30

Пленение Великого Фенриса

Так случилось, что в погоне за нечестивым трусом Одином Великий Фенрис вернулся на землю. Для всего племени это было большим облегчением, так как мы постоянно ссорились и сражались между собой. Мы знали, что Мать Гайя почтила его храбрость и преданность, дав ему ранг Инкарны, и представьте, каково было нам видеть его вживую ходящим по земле! Великий Фенрис дал нам новые силы для борьбы с Вирмом и вновь объединил нас всех, независимо от национальности. В конце концов, какое нам дело до людских границ? В нации Гару не должно быть разделения, во всяком случае, внутри племени.
Великий Фенрис поведал нам о путешествии сквозь мир духов и о той кошмарной реальности, где он отыскал проклятый замок Одина. Одина не было там, ибо он был убит Сынами Великого Фенриса. Но Великий Фенрис сказал нам, что Один не был убит окончательно, хотя мы сожгли его труп и рассеяли пепел по четырем сторонам известного мира. Этот колдун знал секрет возрождения из мертвых, и теперь он возвращался снова.
Когда Один впервые встал у нас на пути, он был подонком, но не нес на себе явной печати Вирма. Теперь же он продал себя Червю в обмен на большее могущество. Его боевые умения и мастерство некромантии утроились, вскормленные темной энергией Вирма. Но Волк-Отец не испытывал страха. Он в одиночку был готов разорвать эту тварь вместе со всеми его прислужниками из Малфеаса.

Читать дальше|Убрать

Великий Фенрис и его потомки выступили в поход: армия Гару, величайшая со Времен Легенд, ведомая воином столь великолепным, что он был избран самой Гайей! Он был столь велик, что земля дрожала под его лапами, а когда он проводил когтями по ней, то прокладывал русла рек. Само путешествие было честью для каждого, кто бежал бок о бок с нашим предком, ибо он обучал нас многому. Наконец, в горах Урала, на месте нашей каэрны Хеймхаллы мы нашли Одина, хотя путь был долог и труден. Он собрал армию живых мертвецов и тварей из других реальностей Умбры, думая, что это даст ему шанс победить Фенрир, и он был почти прав. С ним были и Фрека и Гер, духи гнусных предателей, и множество Танцоров Черной Спирали, и те Фенрир, которых он смог сбить с пути. Их вел Тюр, известный как спокойный и досточтимый Гару, пока Один не совратил его. Кое-кто из молодых Фенрир содрогнулся при виде того, что даже столь мудрые и справедливые воины могут пасть жертвой Врага, но мы все были истинными детьми Фенриса, и никто не показал врагу спину.
Когда две армии сошлись, мы испустили боевой клич, и наша ярость и гнев обрушились на врага, словно огненный дождь с небес. Битва закончилась так быстро, что мы не поверили. Великий Фенрис взрыл когтями землю и взревел, вызывая Одина на бой, так, что затряслись горы, а земля покрылась трещинами. Один появился на чудовищном восьминогом жеребце Слейпнире и, увидев его ухмылку, Великий Фенрис почувствовал ловушку. Он распахнул пасть, подобную огромному залу с колоннами зубов, и ринулся на Одина с такой силой и яростью, что тот был просто размазан по скалам, а его кровь и мозг залили все вокруг. Но было поздно. Приспешники Одина захлопнули ловушку, и магическая сеть оплела гигантскую фигуру Фенриса, утянув его на ту сторону Завесы.
Каждый, кто смог, немедленно перешел в мир духов, и тут мы увидели, как Фрека, Гер и Тюр сковывают Великого Фенриса огромной серебряной цепью. В этот момент на нас кинулись орды Бэйнов. Но только сам Вирм во плоти мог бы попытаться выстоять против всего племени Фенрир! Немало достойных бойцов пало той ночью, но полчища Одина были полностью вырезаны.
Фрека и Гер пали быстро: они были насмешкой над своей былой славой и не устояли в битве. Тюр же…. Тюр потерял правую руку в попытке сковать Великого Волка, ибо магия пут не полностью защитила его, но теперь он осознал, что действовал вопреки своей воле под контролем Одина, и взвыл от боли и позора. Мудрейшие из Форсети увидели, что он говорил правду, но увидели они и слабость, которая позволила Одину совратить Тюра.
Тюр просил дать ему смерть, но Великий Фенрис отказался. Он приказал Тюру жить с сознанием своего падения, и те, кто последовали за ним, с тех пор платят высокую цену. Так был основан лагерь Рука Тюра, который объединяет самых агрессивных и необузданных Гару нашего племени.
Но Великий Фенрис был скован магией и цепью из редчайших составляющих мира духов. Это мешает ему переходить в наш мир в полной своей славе – только в виде воплощения и дорогой ценой, и не дает бродить по ближним реальностям Умбры. Один хотел удержать Великого Фенриса подальше от двух мест, где наиболее вероятно начнется Рагнарек: физического мира и Реальности Поля Битвы. Если Великий Фенрис не будет сражаться на стороне Гайи, у Вирма гораздо больше шансов восторжествовать.
Так и случилось, что этот день стал самым печальным днем в нашей истории. Мы вернулись в наши каэрны и общины, и на каждом Великом Собрании в общине Ночи Зимы Фимбул мы взываем к Великому Фенрису и приносим ему воздаяние, доставляемое Рукой Тюра.
Но вот что я скажу тебе, волчонок: эта история еще не закончена. Один был уничтожен Фенрисом, но его некромансерская душонка вновь улизнула. Он возродится вновь, если не возродился уже. Раз смерть Одина была не окончательной, возможно, таково же и пленение Великого Фенриса. Некоторые говорят, что когда Один ступит в физический мир или в ближнюю реальность Умбры, лопнут цепи, держащие Фенриса, чтобы они смогли сразиться в третий и последний раз. А еще я слышал, что нет цепи без изъяна, и если дети Фенриса будут достаточно мудры, они найдут слабость в заклинании, сковывающем Фенриса, и освободят его, чтобы он вел нас в битву в день Рагнарека.
Есть еще надежда. Она есть всегда, пока живет на земле хоть один потомок Великого Волка.


Вы здесь » Мир Тьмы: через тернии - к звёздам! » Оборотни » Потомки Фенрира (Бридбук)